Шрифт:
— Разрушить генератор, — сказал Дени. — А помимо этого — не знаю. Надо будет создать собственный и поэкспериментировать. — Он открыл входную дверь. — Еще раз спасибо, дядя Роги.
— Но мы снова на нуле! — закричал я. — Китайцы дико ненавидят русских и наоборот. Они начнут гонку вооружений и, может, даже нанесут упреждающий удар!
— Спокойной ночи. — Дверь закрылась.
Я выплюнул ему вслед грязное ругательство и удивился, как это Марсель упустил случай, выйдя из кухни, облить меня презрением. Он лишь вскочил на хромоногий стул, встопорщил усы и уставился на почти полную бутылку шотландского виски.
— Самая разумная идея за ночь, — согласился я и прилег на софу приканчивать виски под барабанный гром дождя по стеклу.
А кот снова свернулся калачиком у моих ног.
22
Нью-Йорк, Земля
4 марта 2012 года
В Институте Слоуна-Кеттеринга работала целая группа оперантов, поэтому доктор Колвин Пристайн врубил умственный щит на максимальную мощность. Напряжение после трехчасовой консультации отпустило лишь в такси, и он пришел в себя уже перед входом в отель «Плаза», услышав, как перепуганный водитель стучит в стекло.
— Ради Бога, ничего страшного! — простонал Пристайн. — Уж и задремать нельзя на минутку! — Он вставил кредитную карточку в прорезь бронированной перегородки. — Возьми пятнадцать.
— Могу я чем-нибудь помочь, доктор Пристайн? — Швейцар предупредительно поднял над ним зонтик и протянул руку в белой перчатке.
— Нет. — Доктор вытащил карточку, вышел и зашагал к отелю.
Арнольд Паккала ждал его в вестибюле.
Что он сказал?
Черты Пристайна были сложены в привычную гримасу рассеянного добродушия. Ум его оставался непроницаемым за верхним слоем.
Передай Киру, что я поднимаюсь.
???
Пристайн повернулся спиной к помощнику и направился к лифту. Он держался начеку, чтобы отразить любую попытку принуждения, но Арнольд лишь постоял немного, глядя ему вслед и строя догадки, затем вошел в телефонную кабину.
Не успел доктор выйти из лифта, как двери апартаментов распахнулись перед ним. Адам Грондин, более замкнутый, чем Паккала, даже не пытался любопытствовать.
— Босс в гостиной.
Пристайн кивнул, сбросил пальто и вытащил папку из дипломата
— Собери вещи. Он отправится немедля.
— Черт! — прошептал Грондин. — Черт, черт, черт!..
— Свяжись с миссис Трамбле и попроси ее подождать у телефона. Думаю, он сам захочет ей сказать.
— О'кей, док.
Пристайн прошел в гостиную и плотно закрыл за собой дверь. Киран в халате стоял у окна, сцепив руки за спиной.
— Садись, Кол. Выпьешь чего-нибудь?.. Не утруждай себя словами — просто откройся.
Со слезами на глазах доктор повиновался.
Киран О'Коннор глянул вниз на центральный парк. Клочья тумана запутались в набухших почками ветвях деревьев. Конный полицейский остановился у скамьи, где лежал укрытый газетами бродяга, и поднес к губам мегафон.
— Надо же, — сказал Киран, — любопытный случай божественного возмездия… Это было бы знаменательно, когда б не тот факт, что меня уже не остановить.
— Но, Кир, у тебя метастазы. И лимфография и изоферменты показывают…
— Хватит, я все понял.
— Я договорился, тебя немедленно положат под чужим именем…
— Нет.
— Но это необходимо!
Киран засмеялся.
— Вы, доктора… привыкли выносить решения о жизни и смерти. (Не будь дураком, Кол, на кой черт мне твои паллиативы, твоя ослабляющая мозг химия, я всю жизнь прожил в боли и это приму… Я сохраню свои силы, пока Черная Мать не заберет меня и всех остальных… мне даже приятен Ее жест в доказательство того, что я самый любимый, как Она всегда говорила, где твоя вера, где твоя любовь, я скорректирую чертову заразу, отражу материю умом, другие операнты могут, почему не я? )
Ты не достиг таких высот в коррекции. Есть хорошие целители, есть плохие, а самокоррекция, наименее изученная область, она вся состоит из подсознательных факторов, способных не только стимулировать, но и усугублять…
Киран повернулся, взмахом руки оборвав разглагольствования доктора.
— Довольно, Кол. Я согласился на твое обследование, потому что… мне было интересно. Наверно, я предчувствовал что-то в таком роде, когда еще только выходил на старт. Л это лишь сигнал.