–  Мыяааасоооуууу!

Оглушённый эльф потряс головой, пытаясь, избавится от звона в ушах. Да, эта нота в исполнении этого полуорка впечатляла! Быстро попрощавшись с хозяином кабаре, ведь условия завтрашнего выступления уже были оговорены, маэстро Илларэинни пошёл в гостиницу, где остановилась его труппа.

Новый менестрель труппы маэстро Илларэинни поднялся в свой номер, на третий этаж. Гостиница находилась в купеческой части города, поэтому была довольно приличная. Отличная кухня, чистота номеров и обеденного зала, высокие потолки светлых комнат, большие окна в комнатах пропускали много света. Вот такое большое окно менестрель и открыл, он с удовольствие вдохнул свежий весенний воздух, воздух который имеет неповторимый аромат пробуждающейся от зимней спячки природы. Полюбовавшись багровыми красками заката над крышами домов, менестрель оставил окно открытым, и прошёл вглубь комнаты, следовало проверить свою гитару. За четыре дня дороги с ней могла произойти любая неприятность. Труппа маэстро Илларэинни прибыла в столицу третьего дня, и маэстро уже нашёл зал, где можно выступить, причём и условия предлагались довольно неплохие, фиксированный гонорар и процент от выручки с продажи билетов. Трупа маэстро Илларэинни хоть и выступала до сих пор в провинции, но её слава, возникшая с появлением нового исполнителя песен, докатилась и до столицы. Как для первого выступления, найденный маэстро зал, был очень не плох. Последнее предложение музыкант, задумавшись, проговорил вслух.

–  Ага!
– Подтвердил чей-то голос. Голос был смутно знаком и пробудил неясные воспоминания. Менестрель быстро повернулся на его звук, на подоконнике сидела рыжая девочка, она, заложив ногу на ногу, совершенно не стесняясь своей наготы, с интересом рассматривала музыканта.

–  Знаешь, когда ты без той своей железной панамки, то гораздо лучше выглядишь! А когда не дудишь в тот ужасный рог - так вообще симпатяга!
– Продолжила девочка.

–  Листик!
– Воскликнул менестрель, - Как ты здесь оказалась! Да ещё в таком виде! Прямо посреди города! А где леди Ирен и принцесса Милисента?

–  Отвечаю по порядку, мимо проходила, увидела открытое окно и зашла. В таком виде, потому, что так удобнее всего заходить в открытые окна. Ирен и Милисента будут на вашем выступлении. И запомни хорошо, Милисента моя сестра, а не принцесса, понял?

Менестрель кивнул головой.

–  Вот и хорошо! Не забудь, Милисента теперь - баронесса Дрэгис. Почему так? Потому что так надо! Лишних вопросов не задавай! И вообще неплохо выглядишь, я вроде уже это тебе говорила? Ну, не такой худой как раньше. Ну, пока до встречи.
– Закончив говорить, девочка переклонилась через подоконник наружу, в воздухе мелькнули её ножки.

–  Постой, Листик!
– Кинулся к окну менестрель, мимо него верх метнулась большая тень, слабо различимая в вечерних сумерках. Музыкант непроизвольно поднял голову вверх, но там уже никого не было, посмотрел вниз, там был пустой двор, и только один слуга тащивший бочонок в здание гостиницы. Наверное, если бы кто-то упал сверху, этот слуга заметил бы.

Подпрыгивая, Листик бежала по коридору общежития. Она несла пирожные на ужин. После посещения менестреля, она зашла, вернее, залетела в "Золотой дракон", там, на чердаке она оборудовала себе комнату, окно этой комнаты выходило на крышу. А крышу, вернее её небольшой кусочек, защищённый от посторонних взглядов стеной брандмауэра и дымовыми трубами, девочка использовала как площадку для взлётов и прилётов. Вот и сейчас прилетев в кабаре, она спустилась к дядюшке Грому, уже в виде девочки, Грымыхыр, не чаявший в ней души, с гордостью рассказал о презентации своей ноты. Потом собрал Листику большой кулёк с пирожными и другими лакомствами, и девочка побежала в академию. Уже в академическом общежитии резко выскочив из-за поворота, Листик налетела на кого-то очень большого и от неожиданности выронила кулёк. Но ничего не рассыпалось, и кулёк, и сама девочка были подхвачены чьими-то сильными руками.

–  И куда это ты так спешишь?
– Прогудел знакомый голос.

–  Привет, Ыргиз! Я вот на ужин спешу! У меня тут пирожные! Семь видов! Мы будем чай с ними пить!

–  Ну, ну, нет так быстро, конечно ужинать одними пирожными это здорово, - добродушно прогудел орк, - Тем более, когда их семь видов! Сколько ж у тебя этих пирожных? А? Сладкоежка!

–  Я не считала! Зачем их считать, только расстраиваться от того, что их так мало в кулёк вошло! Слушай, Ыргиз, пошли к нам чай пить, мы с тобой пирожными поделимся, хотя тут только семь видов!
– Продолжала тараторить девочка.

–  Ну, хоть одну девушку сегодня вижу, которая расстраивается из-за нормальных вещей, малого количества лакомств, а не из-за завтрашнего выступления менестрелей.
– Орк поставил девочку на пол и передал ей кулёк с пирожными, который ненамного уступал ей размерами. Она потому-то и на орка налетела, что кулёк закрывал ей обзор. Листик выглянула из-за кулька и спросила:

–  А почему расстраиваются? И причём здесь выступления?

–  Ты, что не слышала? Завтра в "Золотом Драконе" выступление группы менестрелей под руководством знаменитого маэстро Илларэинни. У него, говорят, появился новый солист, опять же говорят, что это менестрель от богов! Многим не досталось билетов, ну и билеты дорого стоят, не всем по карману. Вот девушки и рыдают.

–  Где рыдают? Кто рыдает? _Удивилась Листик.

–  Да вот, сама смотри, - кивнул орк, они с девочкой уже вышли на лестничную площадку. Там в тёмном уголке рыдала девушка, а вторая старалась её утешить, но было видно, что и она тоже вот-вот заплачет.

–  Арримма! Ты чего плачешь! Пошли чай пить! С пирожными! У меня их вот, целый кулёк! Семь видов!

–  Ыыы, - ещё громче заголосила девушка, а вторая, увидев, что у первой появился утешитель, тоже зарыдала, - Уууу.

–  Так! Идём!
– Листик передала свой ценный кулёк Ыргизу и ухватила обеих девушек под руки, - Арримма, Иззелла! Идём, там расскажете!
– Листик потащила девушек по лестнице на свой пятый этаж.

Большой зал кабаре "Золотой Дракон" был полон народу. Тесно сдвинутые столики, это всё-таки было кабаре, а не концертный зал, вдвое больше стульев около столиков, чем во время, когда кабаре работало в режиме ресторана. По узким проходам, оставшимся между столиками, сновали официантки, разнося прохладительные напитки и шипучее вино. В кабинеты вокруг основного зала набилось народу вдвое, а кое-где и втрое больше, против обычного. Даже галёрка, обычно пустовавшая была полностью заполнена, там напитков не разносили, там была публика попроще, но и туда билеты стоили по три золотых.