Дева; другая, приняв бестрепетной раной оружье,

695 Мертвой легла за народ. Несут их по граду роскошным

Шествием скорбным и вот сжигают на месте отменном.

А между тем изошли близнецы из девичьего пепла,

Юношей двое, чтоб род не погиб; Коронами люди

Их нарекли; с торжеством они матери прах провожают.

700 А над рядами фигур, отливавших старинною бронзой,

По верху этот кратер золоченым кололся аканфом.

Но не беднее дары и трояне в ответ преподносят:

Ими подарен жрецу сосуд, фимиама хранитель,

Чаша и пышный венец, золотой, в драгоценных каменьях.

705 Вспомнили путники тут, что тевкры от Тевкровой крови544

Род свой ведут, и на Крите сошли: но сносить лишь недолго

Тамошний воздух могли; оставив со ста городами

Остров, стремятся скорей достигнуть портов Авсонийских.545

Буря встает и треплет людей. Принимают Строфады546

710 В порты неверные их, устрашает их птица Аэлло547.

Вот уж Итаку они,548 дулихийские порты, и Самос,

И неритийский предел, лукавого царство Улисса, —

Все миновали; потом Амбракию549, бывшую спорной

Между богов; и судьи, обращенного в камень, обличье

715 Видят, что всюду теперь Аполлоном зовется Актийским;550

Землю Додоны прошли со священным глаголющим дубом,

И хаонийский залив, где дети владыки Молосса

На обретенных крылах избежали когда-то пожара.

Вскоре феанов поля, с благодатным плодов урожаем,

720 Также Эпир посетили, Буфрот, где вещатель фригийский

Царствовал, и, наконец, новозданную новую Трою.

Зная грядущее все, что открыл им советник надежный,

Чадо Приама, Гелен, они в сиканийские входят

Гавани. Три языка протянула Сикания в море.

725 Первый из мысов, Пахин, обращен к дожденосному Австру,

К мягким Зефирам другой, Лилибей; Пелор же, последний,

Смотрит к Борею, на Аркт, никогда не сходящийся с морем.

Тевкры к нему подошли; на веслах и с ветром попутным

Ночью пристали суда к песчаному брегу Занклеи.

730 Скилла тут справа, а там беспокойная, слева, Харибда

Буйствуют: эта корабль пожрет, захватив, и извергнет;

Той же свирепые псы опоясали черное лоно, —

Девье при этом лицо у нее. Коль поэтов наследье

Все целиком не обман, то когда-то была она девой.

735 Много просило ее женихов; и, всех отвергая,

К нимфам морским — ибо нимфам была она очень любезна —

Шла и рассказы вела о любви молодых несчастливцев.

Волосы как-то ей раз давала чесать Галатея551

И обратилася к ней со словами такими, вздыхая:

740 "Все-таки, дева, тебя добиваются люди, не злые

Сердцем, а ты отвергать их всех безнаказанно можешь!

Я же, которой отец — Нерей, лазурной Дориды

Дочь, у которой сестер охранительный сонм, не иначе,

Как по воде уплывя, избежала Циклоповой страсти".

745 Тут говорящей слова остановлены были слезами;

Дева же, вытерев их беломраморным пальцем, богиню

Так утешать начала: "Ты мне расскажи, дорогая,

Можешь довериться мне, не скрывай причину страданья!"

И Нереида в ответ Кратеиной дочери молвит:

750 "Акид здесь жил, порожден Семетидою нимфой от Фавна.

Матери он и отцу утешением был превеликим,

Больше, однако же, — мне. Ибо только со мною красавец

Соединялся. Всего лишь два восьмилетья он прожил;

Были неясным пушком обозначены нежные щеки.

755 Я домогалась его, Циклоп же — меня, безуспешно.

Если ты спросишь теперь, что сильнее в душе моей было,

К Акиду нежная страсть или ужас к Циклопу, — не знаю.