Джон сел с противоположной стороны.

Харборих на секунду растерялся, потом встал и повернул камеру. Джон подавил желание передвинуться.

— Я буду вести видеозапись нашей встречи, — пояснил Харборих.

Джон пожал плечами.

— Я пригласил вас, чтобы обсудить патенты на пинбол, — сказал Харборих. Его не то германский, не то славянский акцент был сильнее, чем у Висграта. — Прежде всего, требуется установить наличие прототипов.

— Что вы имеете в виду?

— Перед подачей заявок на патенты мы должны знать о возможном существовании подобных устройств.

— Разве не юристы этим занимаются? — спросил Джон.

— Они займутся, — отрезал Харборих. — Мы готовим для них информацию. Итак, известно ли вам что-либо об аналогах пинбола?

— Я уже говорил, что они есть.

— Что именно?

— Я видел пинбол-машины ребенком в Лас-Вегасе.

— Где?

— В Лас-Вегасе, — повторил Джон, чувствуя, что Харборих уже закипает от злости.

— Где именно в Лас-Вегасе?

— В казино.

— Каком?

— Не помню.

— Игра называлась «пинбол»?

— Да.

— Что это было за казино?

— Я не помню.

— Подумайте.

— Я же сказал, что не помню.

— Нам необходимо знать!

— Мне было всего пять лет. Как я могу помнить такие вещи?!

— В казино не пускают пятилетних.

— Игра находилась в отдельном помещении.

— Вы были с родителями?

— Да.

— Они умерли?

— Да.

— Назовите последний адрес, где они жили.

— Не ваше дело!

Харборих вытаращил глаза. Похоже, он не привык встречать отпор.

— Ваше нежелание сотрудничать будет принято во внимание.

— Отлично, — сказал Джон. — Ваша гнусность будет принята во внимание.

Харборих побагровел.

— Вы ничего не смыслите в бизнесе! — прошипел он. — Вы считаете себя очень умным, потому что вам удалось сделать что-то толковое. А теперь взбрело в голову, что мы хотим это присвоить. Наша единственная цель — вывести бизнес на профессиональный уровень. Информация нам нужна для того, чтобы защитить себя. И защитить вас.

Джон медленно покачал головой.

— Вы думаете, что понимаете меня, но вы ошибаетесь, — сказал он, вставая.

— Я не закончил! — закричал Харборих.

— Я закончил, — возразил Джон. — Если вам понадобится что-то еще, пришлите служебное письмо.

Он выскочил из конференц-зала, испугав сидевшую возле двери Стеллу.

— Уже все, сэр?

Харборих распахнул дверь, прежде чем она захлопнулась.

— Немедленно вернитесь и ответьте на мои вопросы!

Джон засмеялся.

— Не в этой жизни.

— Вы обязаны. Нам принадлежит ваша контрольная доля!

— Вам принадлежит доля «Волшебников пинбола». Я не принадлежу вам совсем.

Джон направился к лифту. Следом бежала Стелла, бледная и что-то бормотавшая себе под нос.

— Вас что-то беспокоит, Стелла? — спросил Джон.

— Мистер Харборих огорчен, сэр.

— Вы полагаете?

— Да, я чувствую.

Джон подумал было, что она иронизирует, но потом понял: Стелла совершенно серьезна. До сих пор она казалась ему очень компетентным и ответственным работником. Теперь он усомнился в ее психическом здоровье.

Джон вошел в кабинет. Грейс и Генри подняли головы.

— Что-то ты больно скоро, — удивилась Грейс.

— У нас с Харборихом получилась… напряженная дискуссия, — сказал Джон. — Мы быстро утомили друг друга. Давайте возвращаться в Толидо, пока не стемнело.

По пути к машине Грейс спросила:

— Вам не кажется, что мы совершили ошибку?

Генри замедлил шаг, но ничего не ответил.

Джон пожал плечами.

— Не знаю. Сейчас дела идут лучше, чем две недели назад. У нас есть деньги. Есть бизнес-план.

— И партнеры, — хмуро прибавил Генри.

— Если уж на то пошло, мы в любое время можем продать свою долю, — пожал плечами Джон. — Никто не помешает нам снова стать обычными студентами. Но…

— Знаю, — буркнул Генри. — Мы должны хотя бы попробовать.

Он влез в заднюю дверь и взгромоздил свои длинные ноги на сиденье. По-другому они у него не помещались.

— Почему не пожить в свое удовольствие, пока есть возможность, — сказал Джон с наигранной бодростью, хотя на душе у него скребли кошки. Харборих интересовался его прошлым. Как раз этого Джон не мог допустить ни в коем случае. Потому что у него не было прошлого в этом мире.