— Спустя несколько месяцев он пришел ко мне, — продолжала она.

— Он понимал, что его планы разрушены, и видел во мне свое единственное решение.

— С твоей смерти он провел много времени, пытаясь убедить меня завести ребенка, с таким же успехом, с каким я пыталась убедить его освободить тебя.

— Но в этот раз он воспользовался новым подходом.

— Он сказал, мы можем помочь друг другу.

— Если бы у меня был ребенок, он бы освободил твою душу.

— И ты согласилась на это? — заорал я.

— Ты предала мир только для того, чтобы спасти меня.

— Конечно, нет, — проворчала она.

— Но ты сказала, что беременна.

— Я беременна.

Она оглянулась на меня и робко улыбнулась.

— Моей первой мыслью было отказаться от предложения нашего отца.

— Но потом я поняла, как можно обернуть это в нашу пользу.

— Все еще нет никаких гарантий мирного урегулирования конфликта между вампирами и вампирцами.

— Ситуация выглядит многообещающей, но отнюдь не определенной.

— Если переговоры потерпят неудачу, война будет продолжаться, что сыграет на руку нашему отцу.

— У него будет время отправиться в прошлое и создать новых лидеров, один из них продолжит начатое Стивом.

— Я думала об этом, когда Дезмонд сделал мне предложение.

— Я вспомнила способ, которым ты провел его, и пожелала узнать, что бы ты сделал на моем месте.

— Потом, в мгновение ока, я увидела это.

— Я приняла его предложение, но сказала, что неуверена, ребенка вампира или вампирца я хочу.

— Он сказал, это не имеет значения.

— Я спросила, могу ли я выбирать.

— Он ответил, да.

— Так что я провела некоторое время с Гэнненом Хэрстом, потом с Ванчей Марчем.

— Когда я вернулась к отцу, я сказала ему, что выбрала и что беременна.

— Он был в таком восторге, что даже не рассердился, когда я отказалась поведать ему, кто отец ребенка — он просто быстренько принял меры, чтобы отправить меня сюда, чтобы освободить тебя, и теперь мы можем вернуться обратно без каких-либо непредвиденных помех.

Она замолчала и погладила свой живот

Она все еще улыбалась странной застенчивой улыбкой

«Так кто же это?» — спросил я

Я не понимал, какое это имело значение, но мне было любопытно узнать ответ.

— Оба, — сказала она.

«У меня двойня — один от Ванчи, один от Ганнена.»

Ребенок вампира и ребенок вапмирца! Закричал я взволновано.

«Более того» — сказала Иванна

«Я позволила трем линиям крови смешаться

Каждый ребенок на одну треть вампир, на одну треть вампирец и на одну треть я.

Вот так я его обманула.

Он думал, что любой ребенок это мина для разделения кланов, но вместо этого они будут притягивать их друг к другу.

Мои дети когда вырастут будут размножаться с другими вампирами и вампирцами и произведут совершенно новый большой клан

Все разделения будут стерты и окончательно забыты.

Мы собираемся создавать мир, Даррен, не смотря на нашего отца.

Это ты научил меня — мы не обязаны принимать судьбу Мистера Тайни.

Мы можем создать свое собственное будущее, все мы.

Мы имеем власть, чтобы управлять нашими жизнями — нам только придется сделать выбор, чтобы использовать ее

Ты выбрал когда пожертвовал своей жизнью.

Теперь выбрала я — давая жизнь.

Только время покажет, к чему приведет наш выбор. Но я уверена, что мы поможем вступить в лучшее будущее, чем планировал наш отец.»

Аминь! пробормотал я, и последовал молча за ней по туннелю, думая о будущем, и о всех неожиданностях и поворотах которое оно нам может приподнести.

Голова гудела от мыслей и идей

На меня свалилось так много, так быстро, что я чувствовал себя ошеломленным от всего этого и не был уверен, что нужно делать.

Но была одна вещь, в которой я был абсолютно уверен — когда мистер Тайни узнает правду о детях Эванны, он будет в гневе! Думая об этом и о том, как будет выглядеть злое лицо маленького вмешивающегося во все человека, когда он услышит новости, я разразился смехом.

Эванна тоже засмеялась, и смех звучал целую вечность, следуя за нами по туннелям как перышко неуклюжей птицы, действуя почти как защитное заклинание от обрушивающихся стен, постоянного движения, всегда готовых наброситься монстров.