За спиной у нее раздался шепот:

— Я отнес чемодан и вызвал кеб, как вы просили, мисс Вайолет.

Она обернулась к слуге:

— Спасибо, Морис.

— Желаю вам хорошо провести время с леди Перегрин в Нортумберленде. Две недели, мисс? Семейный праздник?

— Да, две недели. Благодарю, Морис. Думаю, мы прекрасно проведем время.

Она поплотнее запахнула плащ и отвернулась от окна. Морису Вайолет сказала, что на рассвете едет к леди Перегрин, а по пути должна встретиться на постоялом дворе с подругой.

Она испытала легкое сожаление от того, что придется оставить Джонатана, и знала, как будет переживать семья, если узнает, что ее нет и не было в Нортумберленде.

Но Вайолет нутром чувствовала, что вернется с победой.

Корабли были похожи один на другой — огромные мачты, спущенные паруса, тяжелые цепи, которые удерживали их у берега как отдыхающих зверей. Они казались огромными, неповоротливыми, устрашающими. Стояла ночь, слышалось тихое плескание черной воды в порту. Пахло морем, деревом и дегтем, воздух был холодный; внезапно подул ветерок, принеся зловоние, и Вайолет завернулась в плащ.

— Вы уверены, что хотите высадиться здесь, мисс? — неожиданно участливо поинтересовался извозчик, что, впрочем, было вполне понятно.

— Да, сэр, вы очень любезны, — с ледяным высокомерием ответила Вайолет. — Не могли бы вы немного подождать? Если я вернусь и попрошу отвезти меня обратно на площадь Сент-Джеймс, то заплачу вам вдвойне. А если согласитесь подождать, пока я не отправлюсь в путь, то я дам вам фунт прямо сейчас.

— Целый фунт, мисс?

Огромное состояние для извозчика.

— Да.

Сердце Вайолет забилось быстрее. Она незаметно скрестила пальцы под плащом.

Извозчик радостно вздохнул, откупорил фляжку и удобно расположился на сиденье, приготовившись ждать. У него был довольный вид. Вне всякого сомнения, он уже повстречал немало богачей, совершавших странные поступки рано поутру. Лошади фыркали и били копытами, но наконец смирились с необходимостью ожидания.

Вайолет заплатила портовому рабочему, чтобы он на лодке доставил на «Фортуну» записку с ее просьбой, после чего принялась ждать, запрокинув голову к небу, где вокруг голубовато-белого полумесяца танцевали облака.

Через несколько минут лодка вернулась, и на пристань сошел полный коротконогий человек в крепких ботинках, в плотно натянутой на голову шапке и с повязанным вокруг шеи шарфом, как у всех моряков. У него было такое бледное лицо, что в лунном свете оно почти блестело.

— Мистер Ратскилл, полагаю?

— Ну да, — подозрительно протянул он.

— Пять фунтов, если вы возьмете меня на борт «Фортуны».

— Хотите, чтобы я взял вас на «Фортуну»?

— Да, — нетерпеливо повторила Вайолет.

Он посмотрел на нее так, словно перед ним было привидение или эльф. Наконец, очевидно, он пришел к какому-то выводу.

— Прошу прощения, мисс, но команда всегда ходит повеселиться в «Бархатную перчатку». Никто из них и я тоже, мисс, не заплатит пять фунтов за леди, пусть она и красавица. Но я польщен.

У Вайолет закружилась голова. Слишком яркой была картина, особенно матросы, развлекающиеся в «Бархатной перчатке», что бы это ни означало. И никогда прежде она не задумывалась, сколько платят мужчины за вечер с доступной женщиной. Оказывается, женщину можно купить меньше чем за пять фунтов.

— Я не проститутка, мистер Ратскилл. — Вайолет с трудом озвучила презренное слово. Наверное, ни одна из представительниц рода Редмондов не произносила его веками. — Я дам вам пять фунтов, если вы позволите мне занять ваше место на корабле, поскольку мне известно, что вам там не нравится.

Она сама удивилась такой храбрости, вызванной отчаянием и подкрепленной лишь смутными домыслами. Вайолет вновь скрестила пальцы.

Ратскилл ахнул, выпучил глаза, побелел и издал нервный смешок.

— Так вы согласились, мадам? Вас нашел Грибер или Коркоран? Капитан меня в порошок сотрет, сдерет кожу заживо. Так и будет — какое варварство! — или что-либо похуже, — мрачно произнес Ратскилл.

Что может быть хуже, чем быть заживо освежеванным? Вайолет не стала спрашивать — у нее не было времени выслушивать рассказ о жестоких корабельных наказаниях.

— Но если вас не будет на корабле, этого не случится, верно? До меня дошли слухи, что вы не совсем довольны вашим положением, мистер Ратскилл, а разговор с капитаном убедил меня, что вас и без того ожидают трудные дни. Мое предложение вполне серьезно. — Вайолет в очередной раз скрестила пальцы. — Вы не хотите быть на борту «Фортуны», а я хочу.