— Я помогала моему мужу систематизировать всю библиотеку и не помню издания под названием «Книга Макроса», так что это может означать что-то другое.

Оуин взглянул на Грэйвза с Горатом:

— А если мы доставим этот свиток в Эльвандар?

— Я в большом долгу перед тобой и твоими друзьями, Оуин, — удрученно откликнулся Грэйвз, — но моя жизнь висит на волоске. Я должен явиться в храм Ишапа и принять наказание, — он оглянулся, как будто опасаясь, что его подслушивают. — Если бы здешние власти знали хотя бы о десятой части того, что я сделал, я бы уже был глубоко в подземелье, уверен.

— Мы можем чем-нибудь помочь? — с сочувствием спросила Кейтала.

— Леди, он говорит правду, — поднял руку Оуин. — Им двигала любовь, но он предал свой народ и свой храм.

— Я должен пойти в храм и сделать признание. С вашего позволения, я вас покину, — взяв Оуина под руку, он отвел его в сторону. — По пути на Север посетите аббатство Сарта. Если кто-то и знает о «Книге Макроса» кроме Пага, так это они. Помимо этого, у них должна быть информация о том, что мы видели.

— Я надеялся сесть на корабль, — сказал Оуин, глядя на Кейталу. — Если жена мага может это устроить.

— Сядете на корабль в Сарте, — сказал Грэйвз.

— Ну что ж… — протянул Оуин, понимая, что выбора нет. — Что будет с тобой?

Грэйвз пожал плечами.

— Изгнание с позором. Мне могут предоставить шанс искупить свою вину годами епитимьи, но скорее всего меня выставят на улицу. Потом… они предупредят короля, что я — изменник, и с того момента, как я покину храм, за мной будут наблюдать.

Он говорил с полным безразличием к собственной судьбе, но внезапно голос его изменился:

— Я должен вызволить Кэт из города и обеспечить ее безопасность. Я сделал все это только для того, чтобы защитить ее, и если я сейчас потерплю фиаско, все пойдет прахом.

— Как она выберется из Крондора?

Грэйвз улыбнулся:

— Моя Кэт — хитрая и талантливая женщина. Я думаю, у нее уже есть план побега. Мне нужно лишь предупредить ее, и к утру она покинет Крондор.

— Ты сможешь ее предупредить?

— Да, если разыщу кого-нибудь из пересмешников.

— Тогда удачи тебе, аббат.

— И тебе, Оуин. — Грэйвз повернулся к Горату. — Ты тоже береги себя. — Он поклонился Кейтале. — Прощайте, леди.

— Леди, — повернулся Оуин к Кейтале после того, как монах ушел, — если вы поможете нам достать то, что нам нужно, мы доставим эту записку в Эльвандар.

— И что же вам нужно? — осведомилась она.

— Деньги, поскольку мы лишились наших на Севере. Лошади, чтобы мы могли добраться до Сарта. Затем мы доплывем до Илита и на лошадях доедем до Эльвандара. — Юноша внезапно смутился. — Боюсь, я слишком многого прошу, к тому же ты нас почти не знаешь.

— Я знаю, что моя дочь однажды коснулась сознания Гората и сказала, что он не представляет для нас угрозы, — она взглянула на темного эльфа. — Это странно, ведь мне всегда говорили, что ваша раса ненавидит нас.

— Два года назад, леди, я бы тоже посчитал это странным. Все, что я могу сказать, — жизнь изменилась, все стало не таким, как прежде, — моррел посмотрел в окно на город. — Мир оказался гораздо больше, чем я себе представлял, или, может быть, мое место в нем оказалось меньше, чем я думал, — он пожал плечами, показывая, что ему все равно. — В любом случае это все сложнее, чем я представлял себе, живя на Севере, — он подошел к окну и устремил взгляд вдаль. Голос его стал тише. — Я помогу, потому что однажды у меня были дети. Я не могу сказать больше, ведь это — моя боль… Эта рана никогда не затянется, — он взглянул на Кейталу. — Я помогу найти твоего мужа и вернуть тебе дочь.

Кейтала, рожденная среди благородных воинов, взглянула на вождя моррелов, и глаза ее заблестели. В них не было слез, но Оуин понял, что слова Гората глубоко тронули ее.

— Я посмотрю, что можно сделать, — мягко сказала она. — Подождите здесь.

Она вышла, и Горат с Оуином опустились на стулья.

— Тебе, наверное, опасно появляться в Эльвандаре?

— Вот мы это и выясним, — улыбнулся Горат.

Послание от Грэйвза прибыло во дворец на следующий день. В нем говорилось: «Мы направляемся в Дурбин. Передайте Джимми мои извинения. Грэйвз».