На следующий день гросс-адмирал был на судоверфи в Штеттине, откуда к берегам США ночью должна была выйти первая ракетная лодка нового проекта.

Идея ее создания принадлежала капитану люфтваффе Эрнсту Штейнхофу из управления ракетного центра в Пенемюнде. Еще в 1942 году одна из лодок кригсмарине, U-511, была переоборудована для этих целей и на нее установили контейнеры для запуска ракет из подводного положения. Испытания превзошли все ожидания.

Ракеты запускались с глубины от десяти до двадцати метров с дальностью полета более пяти километров и поражали заданные цели. Причем их можно было беспрепятственно доставлять в любой район океана. Впоследствии был создан принципиально новый корабль, с газотурбинной установкой и двумя контейнерами с ФАУ-2, размещенными на верхней палубе, позволявший осуществлять ракетные пуски из надводного положения на расстояние до трехсот километров.

Именно такую, являвшуюся первой в серии, лодку, с «оружием возмездия» на борту и собирался проводить в море, для выполнения особого задания, гросс-адмирал.

Она стояла в гавани у отдельного, тщательно охраняемого пирса, под камуфляжной сетью. На пирсе, вдоль борта, был выстроен экипаж, перед которым неспешно прохаживался облаченный в парадную форму, его командир - капитан 3 ранга Гюнтер Прин.

Это был один из лучших подводников Рейха, который в начале войны, на своей U-47 проник в главную военно-морскую базу Англии Скапа-Флоу и торпедировал стоявший там, на рейде, линкор «Ройял Оун». Впоследствии, в марте 41-го, по указанию Деница морскому ведомству Великобритании была подброшена дезинформация о потоплении лодки Прина, а сам он, вместе с «погибшим» экипажем, занялся испытаниями нового корабля на секретной базе в Пенемюнде.

Встреча гросс-адмирала с уходящими в море подводниками, прошла без обычной в таких случаях помпы. Командующего сопровождали несколько офицеров штаба и военный оператор, призванный запечатлеть ее для истории. Выслушав доклад Прина о готовности к походу, Дениц пожал ему руку и прошелся вдоль строя моряков, пристально вглядываясь в их лица. После этого адмирал обратился к экипажу с напутственной речью, суть которой сводилась к важности стоящей перед кораблем задачи и надежде на ее успешное выполнение.

– Вперед, к победе! С нами Бог и Фюрер! - провозгласил он в завершение, выбросив вперед затянутую в лайку руку.

Еще через минуту по трапу загремели тяжелые ботинки, на лодке взревели дизеля, и, отдав швартовы, она двинулась к выходу из гавани.

Через две недели, дозаправившись в точке рандеву соляром, принятым с борта «дойной коровы», лодка Прина находилась у берегов США. Благодаря установленной на ее борту новой гидролокационной станции «Метокс», позволявшей обнаруживать корабли и самолеты противника в радиусе до сорока миль, переход прошел скрытно, и лодка заняла позицию для стрельбы.

Ночью корабль всплыл и, произведя со штурманом счисления по звездам, командир приказал начать предстартовую подготовку. Через час палубные контейнеры с находящимися в них ракетами были приведены в боевую готовность, расчет спустился в лодку, после чего включили метроном. На тридцатой секунде последовала команда «Пуск!» и корабль содрогнулся от титанических ударов в корпус.

Район моря вокруг лодки озарился мертвенным светом, и в сторону материка унеслись два огненных смерча. Наблюдавший всю эту картину в перископ Прин, удовлетворенно хмыкнул и отдал команду на погружение.

…Мирный сон провинциального американского городка Чапел-Хилл, расположенного в Северной Каролине, был прерван двумя оглушительными, донесшимися со стороны окраины, взрывами.

– Что за черт? - вздрогнул дремавший в своем кабинете помощник шерифа Харпер и, придерживая рукой болтающийся у бедра «кольт», выскочил на улицу.

За городком, в низине, горело нефтехранилище. Зловещие языки пламени поднимались высоко в небо, освещая неверным светом окрестности. Харпер вскочил в свой патрульный «мустанг» и помчался к нефтебазе.

Там, у разрушенного ограждения, бестолково суетились несколько охранников с огнетушителями в руках.

– Что случилось?! - пытаясь перекричать рев бушующего пламени, заорал Харпер в ухо одному из них.

– Не слышу!
– прокричал тот в ответ.
– Меня контузило!

Еще через несколько минут, завывая сиренами, к базе подкатили три пожарные машины с расчетами и те, быстро вооружив гидранты, принялись тушить огонь. Однако он не утихал, и пришлось вызывать подкрепление из соседнего города.

К утру, общими усилиями пожарных и горожан, огонь был потушен. На месте нефтебазы дымились руины подземного бензохранилища и остывали искореженные взрывами нефтяные цистерны. Уцелел только стоявший на отшибе домик охраны, в котором, по счастливой случайности, никто не пострадал.

По указанию шерифа, вокруг нефтебазы было выставлено оцепление, и он вместе с Харпером и мэром, прошел на ее территорию.

Их внимание почти сразу же привлекли две громадные воронки, расположенные неподалеку друг от друга.