Это был всесильный шеф гестапо Генрих Мюллер.

В свое время Борман помог ему стать членом НСДАП и с этого момента регулярно пользовался услугами тайной полиции. Сотрудничество было взаимовыгодным и, оставаясь в тени, эти двое знали и могли многое.

Еще месяц назад, встретившись на одной из конспиративных квартир Мюллера, они пришли к обоюдному соглашению - в удобный момент покинуть Рейх и натурализоваться в Южном полушарии.

Это было реально, ибо, являясь помимо прочего, казначеем партии, Борман имел доступ к ее многочисленным счетам, надежно укрытым в швейцарских банках, а Мюллер располагал обширной агентурной сетью в Европе и ряде латиноамериканских стран.

– Наконец-то, Мартин, - произнес он бесцветным голосом, пожимая Борману руку. -У меня все готово, - и указал на самолет.

– Хорошо, - буркнул тот.
– Зовите летчика.

Через минуту перед беглецами предстал человек в летном шлеме и комбинезоне.

– Обер-лейтенант Гросс! - щелкнул он каблуками.

– У вас все готово? - поинтересовался Мюллер.

– Так точно, господин группенфюрер.

– Тогда в путь. Летим на Свинемюнде. И вся троица направилась к самолету, с которого механики по знаку летчика принялись снимать маскировочную сеть.

Когда все заняли свои места, «шторх» взревел двигателем, покатился по взлетной полосе и, набирая высоту, взмыл в небо.

В Свинемюнде самолет приземлился на таком же неприметном аэродроме, где прибывших ждал бронетранспортер с охраной, доставивший их в отряд.

Ознакомившись с врученным ему Борманом приказом, Роге нахмурился.

– К сожалению, господа, я не смогу предоставить вам отдельные каюты.

– О! Не беспокойтесь, капитан, мы такие же солдаты, как и все, - смиренно произнес Борман.
– Обойдемся одной.

– В таком случае, прошу на борт. Мы выходим немедленно.

Вопрос о конечном пункте плавания не стоял. Гостям он был известен, а у Роге на этот счет имелся заранее полученный от Гота пакет, который надлежало вскрыть в строго определенной точке.

Ночью, под гул далекой канонады, отряд субмарин вышел из гавани и взял курс в открытое море.

К утру, определившись по звездам, корабли один за другим исчезли в пучине. Потянулись долгие часы подводного плавания.

 Роге, обладавший опытом командования «волчьими стаями», вел свой отряд проторенным путем в режиме радиомолчания. Всплывали только ночью, для подзарядки аккумуляторных батарей, уточнения курса и обмена световыми сигналами.

Вечером 9 мая радист принес в каюту Роге перехваченное сообщение «Би-Би-Си» о капитуляции Германии.

– Не советую вам распространяться об этом, - приказал ему тот и спрятал бумагу в карман. Затем Роге прошел в смежную каюту и сообщил новость «пассажирам».

– Кто подписал акт капитуляции? - прохрипел, тяжело ворочая шеей Борман.

– Кейтель, Фридебург и Штумпф.

– Грязные свиньи! - взорвался рейхсминистр.
– Их нужно рас …!!

– Полноте, Мартин, - спокойно оборвал его Мюллер.
– Это было неизбежно. А что с фюрером?

– Покончил собой.

– Прискорбно, - пожевал губами группенфюрер. - Но это был для него единственный выход. А нам предстоит выполнить свою миссию. Ведь так, капитан?
– взглянул он на Роге.

– Да, - сдавленно произнес тот.
– Можете мне верить.

– Известно ли о капитуляции на других кораблях? - поинтересовался Борман.

– Безусловно. Все лодочные станции круглосуточно работают на прием - кивнул Роге.

– И как воспримут это известие команды?

– Думаю, с пониманием. Ведь обратной дороги для них нет.

– Ну, что ж, будем надеяться.

Однако эти чаяния не оправдались. При очередном всплытии, на сеанс связи не вышли две лодки.

– Предатели!
– возмущался Борман. - Спасают свои шкуры!

– Не кипятитесь, Мартин, - это их право, успокаивал его Мюллер.
– Ведь война кончилась…

Пройдя Гибралтар, отряд попал в сильный шторм, после которого прервалась связь с одной из лодок снабжения. Ночью, в точке рандеву, всплыли всего три лодки. Там они дозаправились топливом с оставшейся «дойной коровы» и, подзарядив аккумуляторы, взяли курс на острова Зеленого Мыса.

Южное полушарие встретило беглецов изнуряющим даже на глубине зноем. В отсеках стояли непереносимая духота и чад от работающих под шнорхелями дизелей.