У Демидыча уже распухла голова от всяких версий. Пусть Денис обдумывает, решил он, мое дело зацепки искать. Но ни записных книжек, ни ежедневников, ни буклетов турагентств или авиакомпаний, ни альбомов с фотографиями, по которым тоже иногда можно кое-что просечь, в квартире не было. Фотографий не было вообще, более того - не было никаких документов, кредитных карточек, денег… такое впечатление, что Панов не собирался сюда возвращаться и все забрал заранее.

Для очистки совести Демидыч зашел в ванную. Обшарпанные стены с отваливающейся штукатуркой, подтекающий кран. Пара бутылочек с шампунями и упаковка геля для душа. Почему-то не было ни зубной пасты, ни зубных щеток? Что же они, зубы не чистили? Или выкинули старые, а новые собирались купить? Может быть, всегда носили щетку и пасту для зубов с собой? Вряд ли. Скорее всего, Панов предчувствовал, что ночью на катке все так обернется. Или точно знал.

У входной двери раздался какой-то шорох и скрип. «Похоже, не я один собрался в гости к Алексею, пока тот отсутствует». Демидыч встал у входной двери справа, зажав в руке тяжелую гантель, что валялась в прихожей. Неожиданное нападение даст ему преимущество. Конечно, если там не местный участковый скребется. За дверью в предбаннике кто-то тяжело дышал, сопел, но в то же время, казалось, что этот кто-то старается вести себя тихонечко. Замок никто не пытался вскрыть. У детектива мелькнула идея, что это может быть.

–  Здравствуйте! Что вам угодно?
– с апломбом произнес он, широко распахнув дверь.

–  Мне ничего, я просто тут убираюся в прихожке, - засуетилась соседка, толстая тетка неопределенного возраста, который тактично называют «возрастом элегантности». Здесь элегантностью и не пахло, а коммунальное любопытство било фонтаном из ушей.

–  Скажите, вы когда последний раз видели Алексея со Светланой? Меня хозяйка квартиры прислала проведать, как тут дела и вообще.

–  Так вы племянник Ивановны?
– расплылась в улыбке от предвкушения новой порции сплетен тетка.

–  Можно сказать и так, - пресек ненужное ему направление беседы Демидыч.
– Так когда вы ребят последний раз видели?

–  Я, честно говоря, не помню… Понимаете, у молодых своя жизнь. Я же за ними не слежу. Да и живут они сами по себе, никогда по-соседски не зайдут поболтать, - откровенно привирала соседка. Было ясно, что каждую свободную секунду она проводит у чужой замочной скважины.

–  Не знаете, что они со свадьбой надумали? Говорили, поженятся, другую жилплощадь искать станут?..
– Детектив справедливо решил, что именно личная жизнь соседей привлекала внимание местных бабок больше всего.

–  Ой, не знаю. Но любили шибко друг друга, да. А то как же… Они каждый день такие тут охи да ахи разводили, и по несколько заходов, и так, и этак… Стеночки-то тут тоненькие, все слышно. Я нашего мальца днем всегда гулять выгоняю, чтобы не развращался раньше времени.

–  А когда они приходят домой, не подскажете, мне бы поговорить…

–  И не знаю даже. Они эта… все больше в ночь уходят, а утром назад. Только вот как ушли второго дня, тоже в ночь, так и не было с тех пор. Может, поехали куда, дело-то молодое, с приятелями завеялись… Тут бандюган какой-то крутился.
– Бабка перешла на шепот.
– Наглый страшно. Уж и не знаю, как он через эту… наружную дверь прошел. Звонит в нашу квартиру. Я открываю ему - он мне ни словечка, только зыркнул глазищами и это, убег. Вы им, жильцам своим, строго-настрого запретите, нам такие тут не нужны, у нас от таких приятелей потом из дому вещи пропадают…

–  Что за бандюган-то?
– разыграл недоумение Демидыч.
– Харя такая квадратная, шея бычья, перстень на пальце?

–  Не. Это братва, - козырнула пониманием бабка.
– Как в «Бригаде», сериал смотрели небось. А тот был навроде уголовника или беспризорника - урка, в общем. Пальто длинное, морда худющая, немытая, а может, небритая, в полутьме-то не разобрать, молодой вроде, совсем пацанчик…

–  И когда это?

–  Недавно. А в какой день, не скажу, не помню. Помню, они, жильцы ваши, как раз в ночь ушли, а он тут как тут…

–  Значит, так, - важным тоном сказал Демидыч.
– Вас как по батюшке величать?

–  Альбина Степановна я, - даже засмущалась тетка.

–  Я вам сейчас запишу свой телефон. Это мобильный. Тетю беспокоить не нужно, волноваться ей ни к чему, а если тут опять что-нибудь подозрительное случится - звоните мне немедленно. Жильцы у нас хорошие, и платят исправно, но раз пошла такая пьянка: бандюганы ходят, высматривают, - надо быть на страже своих интересов. Звоните обязательно.

А бандюган-то, возможно, тот же, что обыскивал и поджигал квартиру в Теплом Стане.

Как и предрекал дядюшка, дело о двойном убийстве на катке не сочли резонансным и не стали передавать ни городской прокуратуре, ни тем более Генеральной. И Денису предстояло общаться со следователем прокуратуры Северного округа Москвы Антоном Владимировичем Верещагиным.

Антон Владимирович был немногим старше Дениса, молодец-богатырь, косая сажень в плечах, кулаки килограммов по пять. Такому в спецподразделение бы, а не штаны за столом просиживать. Но манеры имел весьма обходительные.