Виктор Степанович спустил собаку на землю и посмотрел на Дениса.

— Что скажете? — спросил Денис.

— Но вы же сами видели, — немного обиженно заметил пенсионер. — Все в порядке. Пластида наверняка нет!

«Дался ему этот пластид», — с досадой подумал Денис. Он повернулся к дальнобойщикам:

— Мужики, только без понтов, говорите откровенно. Вы туда уже заглядывали?

Водитель постарше, который только что закурил и выпустил из себя большую первую затяжку, возмутился так, что даже закашлялся:

— Да вы что, блин! Не первый рейс пилим! Я, блин, не знаю, прям! Не хотите — не берите! Если так, то мы его все равно на дороге можем оставить! Хочешь здесь, хочешь поближе к Москве. Такое указание тоже дадено.

Младший кивнул в подтверждение.

Денис должен был сделать выбор. Нобель отработал честно, какой-никакой, но результат получен.

Денис тоскливо осмотрел внутренности фургона. На боку опломбированного бочонка отчетливо просматривалась надпись, сделанная от руки толстым фломастером: «Фор Директ инвестментс». В раздумье Денис достал телефон, но тот неожиданно заработал в его руке. Денис посмотрел на определитель номера — звонок был из «Глории».

— Макс, я тебя слушаю, — сказал Денис, стараясь не выдавать свое неважное настроение.

Через несколько секунд разговора он поймал на себе вопрошающие взгляды Агеева и Демидыча и, прикрыв микрофон, ответил им:

— Берем.

Денис не зря рассчитывал на Макса. Десять минут назад все, что он знал о предложенном заказе, заканчивалось двумя словами «Директ» и «Инвестментс».

По-русски: «Прямые инвестиции». О дальнейшем пути следования «прямых инвестиций» дальнобойщики, доставившие груз, ничего не ведали. Надпись на посылке могла быть единственным указателем на место ее доставки. Не дожидаясь прибытия собаки, Денис позвонил в контору и дал Максу указание срочно отыскать все возможные концы.

И хакер выяснил, что «Прямые инвестиции» — это название реально существующей российско-американской коммерческой структуры. Компания или фонд — это уже неважно, главное, что имеются адрес и телефоны — и то и другое московское. Правда, глава компании оставался неизвестен, но так ли уж это было принципиально?

Словом, шансы получить обещанный гонорар увеличились в сторону благополучного исхода. Теперь, чтобы окончательно смыть все подозрения в розыгрыше, нужно было пробиться в этот «Директ инвестментс» и задать ряд вопросов.

Денис набрал телефон московского офиса. На том конце провода заиграла «Маленькая ночная серенада» Моцарта и бархатный женский голос убедительно произнес на двух языках:

— Вы соединились с компанией «Директ инвестментс», нам нужен ваш звонок, поэтому, пожалуйста, дождитесь ответа оператора или наберите ноль, а после сигнала — добавочный номер в тоновом режиме.

Грязнов выругался про себя, но терпеливо выслушал сообщение еще два раза, и наконец серенада прервалась.

— Гуд монин, спик плиз. Ту ю лисен.

Особа, поднявшая трубку, явно гордилась своим произношением, но разговаривать с русской девушкой по-английски Денис не стал и сунул трубку Агееву. Филя, натренированный как овчарка, мгновенно уловил задачу по однозначному жесту Дениса: продолжительное движение указательного пальца против часовой стрелки.

— Здравствуйте, барышня, подождите минуточку, сейчас с вами будут говорить. — Он произнес это таинственным, гипнотизирующим баском.

За это время Денис преобразился, взял трубку и произнес с отработанным кавказским акцентом: «Алле-ё?»

Через минуту разговора он знал, что шеф в отпуске, вернется через неделю, никакой груз в свой адрес они не ждут, но в компании есть люди, которые могут принять посылку. Болтливая секретарша кокетливо заметила:

— Если это не бомба, конечно.

«Кавказец» хотел промолчать, но не смог:

— Бомбы закончились, остались только розы!

Денис дал отбой и посмотрел на бочонки, зажатые двумя запасными колесами в конце салона. Пришло время поразмышлять о плодах долго отрабатываемого профессионализма. Без проколов они везли правильную посылку в правильное место. Вся цепочка на ходу придуманной схемы работала подозрительно четко. В данный момент Филя отвозит пиротехнического сторожа и собаку домой. Макс продолжает сидеть в своей электронной засаде. Бронемобиль пересекает спальные районы Москвы. Денис и Демидыч отвозят посылку непосредственно в офис «Прямых инвестиций». Через двадцать пять — сорок минут они уже должны быть на месте. Там Грязнов войдет в Интернет и пошлет письмо в ООО «Феникс» о потверждении доставки, а заодно — загрузит в компьютер «Прямых инвестиций» вирус, который возьмет в своем личном электронном почтовом ящике (все это заранее подготовлено Максом). «Феникс» тоже получит этот вирус-шпион, который при благоприятном развитии событий (электронном контакте «Феникса» и «Прямых инвестиций» между собой) поможет установить истину.

Необходимость использования этого не очень благородного варианта оправдывали два вопроса.

1. Почему скрывалось до последнего место получения посылки?

2. Что же все-таки за хреновина содержится в холодных пластиковых бочонках?

Впрочем, все вопросы будут ликвидированы денежным переводом на счет охранного агентства «Глория». Осталось подождать совсем немного.

Ровно в два часа дня они были на месте. «Почтальонов» в офисе «Прямых инвестиций» встретили немного напряженно, что и немудрено — груз выглядел анонимным, несмотря на уверения Дениса Грязнова в том, что он является лишь курьером-посредником между получателем и ООО «Феникс».