Султан кивнул, стараясь не глядеть в глаза мучителей.

— Ну и прекрасно, значит, мы с вами наконец смогли договориться. Вы в принципе давно усвоили, о чем идет речь, не возражаете?… — Ветров победоносно взглянул на Кравца — мол, а я что тебе говорил? — и продолжил: — Не считаете больше нужным возражать против предоставленных вам следствием улик и глубоко раскаиваетесь в содеянном. Верно?

Султан снова кивнул.

— Ну а раз верно, вот вам текст вашего признания, можете его переписать на чистый бланк и потом поставить свою подпись и число. А после этого мы отправим вас отдыхать, и никто больше не будет вас беспокоить без острой необходимости.

Ветрову почему-то очень захотелось вдруг взглянуть в глаза сломленного Султана. Но тот прятал их, тер ладонями, шмыгал носом и вообще вел себя как слезливая баба. Что ж, каждый ломается по-своему… Ветров почувствовал наконец облегчение. Дело фактически сделано. Теперь вырванный из Бецоева документ вместе с уликами пойдет в следственный отдел, где уже местные профи займутся своей частью проблемы. Будут они арестовывать Минаева, на которого получен компромат, или ограничатся подпиской о невыезде — это их заботы. Можно будет позвонить Егору Алексеевичу и доложить, что заказ выполнен. Пусть везет окончательный расчет и обеспечивает билетами на обратный рейс. Финита ля комедиа, как выражается начитанный Колька…

Да, и вот еще… Очень заинтересовал Ветрова этот тайский массаж, который так взбодрил Николая. Надо бы попробовать до отъезда, в Москве этой хреновиной наверняка некогда будет заниматься, а здесь, да еще в последний вечер, — почему бы и нет?

И пока Бецоев плохо слушающейся рукой, однако очень старательно, переписывал свои «показания» на чистый бланк, Ветров сделал Кравцу знак и предложил пока выйти в коридор покурить. А Султан никуда не сбежит, ему уже все равно остались мелочи, детали.

Вышли, остановились возле урны в углу, закурили. Ветров был спокоен, а вот Кравца что-то вроде как еще беспокоило. Неясность какая-то. Но Борис сказал, чтоб тот не брал в голову, дело сделано, можно отваливать. Сейчас они вернутся в гостиницу, позвонят Егору, а когда тот приедет, передадут ему все добытые материалы, рассчитаются, и — пока, славный город Белоярск! Другое дело, что очень впечатлял Бориса рассказ Кольки про старания Нинки и ее подружек. Действительно, а почему бы не попробовать?

От недавних воспоминаний Кравец просиял. Но резонно спросил: а как же щедрая администраторша? Ведь такие дамочки на земле, что называется, не валяются!

— Знаешь, Колян, — слегка поморщился Ветров, — она меня, кажется, уже достала. Уж на что я… и то сил больше нет никаких. Это какая-то гидростанция — готова крутиться и днем и ночью, и, главное, совсем не устает!

— А ты, выходит, скис? — сладострастно ухмыльнулся Николай.

— Скиснешь тут… Я ее вчера в номере, там, наверху, уж и так, и этак, а ей все мало. А силища, Колька! Я ж говорю, на десяток таких, как мы, хватит и еще останется. Если тут же случай подвернется!

— А нынче она где будет?

— Сегодня — у себя дома. Там у нее лежбище, доложу тебе…

— Ну так чего? — неожиданно согласился Николай. — Давай, ты сегодня зови Нинку с массажистками, а я навещу твою красотку. Она, надеюсь, не станет возражать?

— А мы так сделаем. Я ее предупрежу, что, возможно, мы вдвоем приедем. Прощальный, так сказать, ужин. Ну, ты заглянешь пораньше, скажешь, что меня где-нибудь у губернатора задержали и я скоро подрулю. Ну а сам уж не теряйся. Ей очень нравится, когда действуют решительно. Без лишних разговоров завалил, вжарил и — поехали!

— Прокола не получится? — с сомнением все-таки спросил Николай.

— Коля, дружище! Да я ее тут как-то прямо в прихожей, на коврике, на карачки поставил, ну, похмурилась маленько, а потом сама на мне так отыгралась, что я думал — задушит. Не боись, капитан!..

Так они и поступили — согласно своему плану.

Из гостиницы дозвонились до Егора Алексеевича. Тот выслушал и обещал подъехать в конце дня. Губернатор сегодня выступает на телевидении, поэтому надо все вокруг него обеспечить. А к девяти можно будет встретиться, посмотреть и оценить качество работы, а заодно заказать билеты на завтра и принять по рюмке.

Николай тем временем спустился в холл, отыскал Нинку и велел ей быть в готовности со своими массажистками примерно к одиннадцати вечера. Час с чем-нибудь обязательно должен был уйти на Егора.

Борис же, договорившись с помощником губернатора, отправился вниз, чтобы выяснить, где нынче Анастасия Никоновна. Оказалось, что она уже смылась домой. Ветров прикинул расписание и убедился, что все правильно, ее дежурство закончилось утром, когда он, совершенно одуревший от ее ласк, стоял под контрастным душем в спецномере на последнем этаже отеля.