Шрифт:
– Скользкого убили, – уточнил Турецкий.
– Да, я знаю, но банда-то осталась. Я, конечно, был в шоке. Не знал, что делать. Надо бы от них как-то отделаться, но столько договоров в работе, что себе дороже станет. Поэтому хочешь не хочешь придется мне с ними дружить. До поры до времени, разумеется.
– Скользкого на троне сменил некий Шнапс, – заметил Турецкий. – Так что на скорый развод с бандитами не надейтесь. Они будут с вами, пока вы им будете нужны, а не наоборот.
– Я вам скажу больше: есть в сфере интересов концерна еще одна фирма. Так вот она находится под колпаком у банды, которую возглавлял Лечо. Они имеют прямое отношение к Тураеву. Вот такой расклад! – улыбнулся Колобов. – Но есть еще и третья сила, которая внимательно следит за нашей сварой и даже корректирует ее.
– Так-так, продолжайте, – насторожился Турецкий.
– Однако вы же сами уже до этого дошли, Александр Борисович. Кто расстрелял муровца и бандитских авторитетов? Не ждите, что я сейчас скажу, что знаю, кто это сделал, – добавил Колобов. – Скажу только, что среди убитых на стрелке у бетонного был мой человек из «Каскада». Что он там делал? С кем встречался?…
– Я могу только предположить, – перебил его следователь, – что ваш человек был на даче у Лечо, где допрашивали Бодрова. Стало быть, не такой он был и ваш. Кем он работал в «Каскаде»? Как его фамилия?
– Хозяйственные вопросы решал. Одним словом, завхоз, – ответил Колобов. – А вот фамилию запамятовал.
– Странно не знать фамилию своего сотрудника, – хмыкнул Турецкий.
– А вы-то сами, Александр Борисович, имеете в голове какой-нибудь вариант насчет этой третьей силы. Кто они? – с вызовом бросил Колобов.
– Считаю, что это хорошо организованное и оснащенное соединение. Ни Тураеву, ни вам не было никакого резону делать такой кровавый ход в этой игре. А также о многом говорит тот факт, что боевиков Скользкого и Лечо не убрали вдогонку за авторитетами. То есть традиционной зачистки не было…
– Послушайте, Александр Борисович, так, возможно, работа Юрия Иванова имела прямое отношение к этой проблеме?
– Вы это знаете лучше меня, Сергей Васильевич. Поэтому я жду от вас откровенных признаний. Зря вы продолжаете секретничать. Ваш конкурент Тураев сам первый вышел на меня.
– Неужели? – искренне удивился Колобов.
– Да. Он даже предложил мне сделку. Он сообщил, что Иванов выполнил для него работу, снял кое-что на видокассету, а пленку не отдал. Вы случайно не знаете, что там снято?
– Честное слово, не знаю. Могу только сказать, что Тураев очень рассчитывает на этот материал. Он как-то сказал мне, что если иметь этот материал в руках, то можно больше ничего не бояться.
После долгой паузы Турецкий доверительным голосом сказал:
– В этой ситуации, Сергей Васильевич, нам следует действовать сообща. Ясно: тот, кто знает о пленке, пойдет на все, чтобы ее найти и уничтожить.
– Вы только эту мадам Иванову не выпускайте… Есть у меня один выход, – оживился Колобов. – Я обязательно вам о нем расскажу.
Глава третья.
– Что нового, Саша? – спросил Меркулов.
– У меня такое ощущение, Костя, что меня все время опережают на шаг, а то и на два. Уже столько трупов навалено, а я не могу толком расследовать ни один из этих эпизодов, – раздраженно сказал Турецкий.
– Это значит только одно: какие-то силы мешают нам детально расследовать все эти убийства и операции.
– Вот именно, – кивнул «важняк». – Убийства Иванова, Бодрова, а также двух боевиков, а потом и доктора Чижа, я уверен, дело рук того самого «контрразведчика», который допрашивал Никиту на даче у Лечо. Вот он-то и маячит на шаг впереди нас. Я временами чувствую себя ангелом смерти, Костя. Стоит мне выйти на человека, как его убивают или он исчезает бесследно!
– Да. Дело сложное, но мы обязаны довести его до конца, – сказал Меркулов.
– Не говори. Каждый новый шаг следствия расширяет рамки этого и без того сложного дела. Все отчетливее начала вырисовываться Германия… ФСБ прислала любопытную информацию, которая красноречиво говорит о связи тогдашней нашей ЗГВ с международной мафией. Летом 94-го был арестован начальник торгового отдела наших дрезденских воинских соединений, некий капитан Лосев. С помощью фальшивых авизо он попытался обворовать немецкую казну на пять миллионов дойчмарок. Когда его взяли, он, спасая свою шкуру, заявил, что взамен на более мягкое наказание готов сообщить следствию кое-что о торговле оружием. Тут же произошла утечка информации. Несколько российских офицеров пришли на следующий день к жене Лосева и сказали, что, если ее муж все расскажет, они убьют ее и дочь. Перепуганная женщина заявила в полицию, но преследования не прекратились. Наши военные вели себя так, как будто они были у себя в стране. Когда несчастное семейство решило спрятаться от преследования в стенах военной прокуратуры, на хвосте джипа, в котором везли жену и дочь Лосева к воротам прокуратуры, подкатили два наших «газика». Из них выскочили люди в штатском и долго ругались, грозя охране кулаками. Потом один из «газиков» протаранил стоявший рядом «БМВ» и уехал. Но этим дело не кончилось. Военная прокуратура была блокирована дежурившими возле нее день и ночь людьми в штатском, похожими на рэкетиров. А прокурора хотели похитить. Он просто случайно избежал этого. Лосева решили перевести в тюрьму службы безопасности в Штутгарте, так как в Дрездене за его жизнь уже никто не ручался. По дороге машину, где находился Лосев, изрешетили из автоматов. Потрясенная такими событиями немецкая пресса подняла шум по этому поводу, но все потонуло в триумфальном, под грохот барабанов, прощании советских войск с Германией. Почти все высокие начальники ЗГВ получили высокие посты в Министерстве обороны.
Турецкий замолчал.
– Ну и что ты, Саша, этим хочешь сказать? – спросил Меркулов.
– А то, что наша ЗГВ открыла русской мафии дорогу на Запад. Я почти уверен, что эти Тураевы и Колобовы выполняют роль «челноков», возможно, в торговле оружием, нашим оружием. Пока этим занимался только один Тураев, все шло гладко. Но теперь они занимаются торговлей оружием оба и являются конкурентами. В своей тайной войне каждый из них старается перетянуть на свою сторону ту, третью силу. Юрий Иванов, очевидно, просто подлил масла в огонь. Помнишь, Костя, я тебе рассказывал про фотографию, которая висит на стене в кабинете Тураева? Так вот пятым персонажем на этом снимке был тот самый капитан Лосев. И Тураев его отчекрыжил ножницами.