– «Путешествие Гулливера» издания Карла Шлемиля, – ответил за свою спутницу Арсений. – С иллюстрациями Степлтона. По моим сведениям, у вас эта книга есть.

– Допустим, есть, – согласился Револьд и снова пригляделся к Вете, как будто увидел ее с другой стороны. – Однако я вовсе не планировал расстаться с этой книгой!

– Но Вета готова очень хорошо за нее заплатить… – поспешно проговорил Арсений.

– Ты еще очень молод, Арик! – поучительным тоном ответил столяр. – Не все в этом мире измеряется деньгами!

Он снова взглянул на Вету и покачал головой. – Надо же! Гулливер Карла Шлемиля… какие необычные интересы бывают у современных девушек!

– Во-первых, не такая уж я современная, – возразила Вета. – И не такая уж девушка. Я, вообще-то, уже девять лет замужем. Во-вторых, я ищу эту книгу для того, чтобы исполнить завещание своего покойного учителя, Глеба Николаевича Сперанского…

– Глеба Сперанского?! – удивленно переспросил Револьд. – Но я же очень хорошо знал Глебушку! А я и не знал, что он скончался! Давно ли?

– Неделю назад… мы его уже похоронили…

– Жаль… – вздохнул столяр. – Он был вовсе не стар. Надо же… Еще наши родители были знакомы! Я ему реставрировал письменный стол и бюро…

– С малахитовой доской и статуэткой Хозяйки Медной горы? – оживилась Вета. – И… и с тайником?

– Вот как? – столяр хитро взглянул на нее. – Нашли, значит, тайник? Нет, ну надо же, как тесен мир! Точнее, не мир тесен, а слой тонок!

– Ну так как же насчет Гулливера? – напомнил Арсений, почувствовав перемену в настроении хозяина.

– Ну, разумеется, я не могу отказать Глебушкиной знакомой! – воскликнул Револьд Марксэнович. – Тем более если это связано с исполнением его последней воли…

– Деньги у меня с собой! – заверила его Вета.

– Об этом не может быть и речи! – замахал на нее столяр. – Никаких денег! Это будет мой последний подарок Глебу! Подождите меня пару минут, сейчас я принесу книгу.

Он тщательно вытер руки чистой полотняной тряпочкой и направился к двери, расположенной в самом дальнем углу мастерской.

В ожидании его возвращения Вета обошла мастерскую, разглядывая заполняющую ее старую мебель.

Чего здесь только не было!

Тяжеловесные бабушкины буфеты и изящные шкафчики начала девятнадцатого века, расписные сундуки и застекленные горки, массивные кресла и легкие венские стулья стояли и лежали вдоль стен в несколько рядов.

Вета полюбовалась этим мебельным изобилием и вернулась на прежнее место, где ее ждал Арсений.

– Ну и где же он? – проговорила она, взглянув на часы. – Вроде сказал, что вернется через две минуты…

– И правда, – Арсений тоже взглянул на часы и покачал головой. – Странно…

Он подошел к двери, за которой скрылся хозяин мастерской, и деликатно постучал в нее костяшками пальцев.

Никто не отозвался.

– Револьд Марксэнович! – Арсений громко окликнул хозяина. – С вами все в порядке?

Ответа снова не последовало.

Тогда Арсений озабоченно взглянул на Вету и толкнул дверь.

Она не была заперта, и Вета с Арсением прошли в небольшую комнату.

Видимо, это был кабинет мастера. Здесь находился письменный стол, высокий резной шкаф, пара кресел.

Но самого краснодеревщика не было. Он словно сквозь землю провалился.

– Вот те на! – удивленно проговорил Арсений. – Куда же он подевался?

– Неужели сбежал? – искренне расстроилась Вета. – Пожалел книгу? Ну я ведь не тянула его за язык! Он сам сказал, что отдаст ее в память Глеба Николаевича, да еще и от денег отказался! А потом передумал и постеснялся сказать это прямо?

– Да нет, ерунда, не может быть! – возразил Арсений, оглядываясь по сторонам. – Не мог он оставить мастерскую без присмотра! Здесь у него масса ценной мебели, причем многие вещи принадлежат не ему, а заказчикам…

– Ну сказал бы прямо, что не хочет отдавать книгу, я бы его поняла… А вообще – зачем он сюда пошел?

– Наверное, книга у него здесь, в этом шкафу… – предположил Арсений и подошел к шкафу.

– Нехорошо хозяйничать здесь без него… – начала Вета, но Неелов уже потянул на себя створки шкафа… и тут же сдавленно вскрикнул и испуганно попятился.