– Нет, не закончено! – по лицу убийцы снова пробежала судорога. – Я сам решаю, когда следует остановиться! И я не собираюсь оставлять свидетеля!

Он бросил на Вету косой волчий взгляд, от которого у нее похолодели руки и зашлось дыхание, как будто ее окатили ледяной водой.

– Хватит крови, Вернер! – настойчиво повторил Ван дер Роде. – Ее и так было слишком много! Когда мы с тобой уславливались, речь не шла об убийствах, я всего лишь просил тебя найти этот артефакт и доставить его мне. Ты оставил за собой кровавые следы…

– Я сам решаю, как действовать! – перебил заказчика Вернер. – Мне никто не смеет указывать!

– Не забывай – кто платит, тот и заказывает музыку! Впрочем, я тебя ни в чем не обвиняю. Ты нашел артефакт, значит, сделал свое дело. Все кончено…

– Нет, не кончено! – повторил Вернер и шагнул к Вете. – Она видела меня, значит, она должна умереть…

– Это ничего не значит! – выкрикнул заказчик. – Я все подготовил, заказал для тебя новый паспорт, и ты сегодня же будешь в безопасном месте…

– Хватит мною командовать! – рявкнул убийца и снова поднял руку с ножом. – Я не ваша собственность! Я не кукла-марионетка, которую вы дергаете за веревочки!

Вдруг в дверь кто-то постучал.

На несколько секунд в комнате воцарилась напряженная, звенящая тишина. Вернер бросил на заказчика злобный взгляд и хотел что-то сказать, но тот приложил палец к губам и показал рукой на Вету. Вернер понял его без слов, схватил девушку за плечо, поднес нож к ее горлу и прошипел в самое ухо:

– Спроси, кто это!

Вета едва слышным, дрожащим голосом задала вопрос.

– Это сантехник, Петя! – донесся из-за двери знакомый голос. – Я насчет протечки пришел!

– Отправь его прочь! – прошептал одними губами Вернер.

– У нас нет никакой протечки, вы ошиблись! – проговорила Вета чуть громче, чем прежде. У нее в душе шевельнулась слабая надежда, хотя лезвие ножа возле самого горла не очень способствовало оптимизму.

– Что значит – нет протечки? – Голос за дверью набирал обороты. – Внизу с потолка уже льет! Я должен проверить у вас…

Вернер и Ван дер Роде обменялись взглядами. Заказчик спрятался в нишу, задернув за собой плюшевую портьеру, Вернер подтолкнул Вету к двери, а сам стал сбоку, так, чтобы открывшаяся дверь закрыла его от вошедшего.

– Открывай! – прошептал он из своего укрытия. – И смотри – любое лишнее слово, любой лишний жест будут стоить тебе жизни!

Вета повернула ручку двери, и на пороге появилась нелепая фигура в бесформенном, явно слишком большом рабочем комбинезоне, с разводным ключом в руках.

Вета встретилась взглядом с вошедшим… и перевела дыхание: слух ее не обманул, не зря голос из-за двери показался ей знакомым.

На пороге комнаты в одежде сантехника стоял ее старый знакомый капитан Островой.

– Ну, где тут у вас протечка? – осведомился Островой густым ненатуральным басом.

– Вон там, у окна, батарея течет… – проблеяла Вета и глазами показала капитану на дверь, за которой притаился убийца.

Островой едва заметно опустил веки, давая понять, что все понял, и шагнул к окну.

Но в ту же секунду резко развернулся и всем весом бросился на дверь.

Вернер, который только приготовился наброситься сзади на «сантехника», получил страшный удар дверью в лицо и осел на пол без чувств.

Островой склонился над ним, защелкнул на запястьях наручники и снова выпрямился, поворачиваясь к Вете.

– Слава богу! – проговорила она благодарно. – Слава богу, Сергей, что вы вовремя подоспели! Еще минута – и он…

– Ну говорил же я вам, – произнес Островой укоризненно. – Говорил же – не занимайтесь самодеятельностью! Предоставьте действовать профессионалам! Если бы… если бы с вами что-то случилось – я бы этого себе никогда не простил!

Он порывисто шагнул к Вете, взял ее руки в свои и заглянул в ее глаза безмолвно, но красноречиво.

Вета потупилась, но вдруг спохватилась и прошептала:

– Здесь еще один! Он там, за портьерой!

– Ах, ну да! – Островой шагнул в сторону ниши и проговорил строгим, официальным голосом: – Господин Иоганн Ван дер Роде, немедленно выходите, я знаю, где вы прячетесь!

Плюшевая портьера отодвинулась в сторону, и импозантный мужчина появился из ниши с самым смущенным и растерянным видом.