— Пока — ничего особенного, если не считать визита в одно увеселительное заведение…

Кошкин фыркнул и наконец расслабился окончательно:

— Эка невидаль! Да они здесь почти все на лекциях реже бывают, чем по этим самым заведениям шляются, а Лидка — и вовсе первая по этой части… Так чего она натворила-то? Или это ее старый хрыч откроил?..

Померанцев отметил, что на лице Кошкина мелькнуло злорадное выражение: судя по всему, к неведомому хрычу у Миши были дополнительные претензии.

— «Хрыч» — это, надо полагать, папаша? — поинтересовался он.

— Да какой там папаша!.. Хотя в папаши он ей как раз точно годится… Любовь она с ним крутит… Бабок у него, говорят, куча, вот и крутит.

— Имя у хмыря есть?

Охранник пожал плечами.

— Она его «Бобом» называет, сам слышал, а фамилией, извините, не интересовался… — Кошкин неожиданно вздохнул и добавил с куда более человеческой, почти горькой интонацией: — Нынче девушки таких и ищут, хотя зачем Лидке этот денежный мешок сдался при богатом папаше — сам черт не разберет… А такие, как мы, им и на хрен не нужны…

Померанцев невольно посмотрел на Кошкина сочувственно и собрался задать следующий вопрос, но в этот момент раздался пронзительный звонок, знаменующий собой конец очередной пары, и он быстро произнес:

— Юркова сегодня здесь? — Кошкин кивнул. — Покажешь мне ее незаметно, если объявится тут!

— Объявится, — перешел на шепот Михаил, — она курит много…

Оба они замолчали, поскольку первые стайки студентов и впрямь впорхнули на площадку. Валерий только сейчас приметил стоявшие на полу возле входов в коридоры урны, а над ними таблички «Место для курения».

С каждой секундой прибывавшая, громко галдящая толпа производила впечатление пестрой птичьей стаи — и из-за щебета девушек, которых тут было явное большинство, и из-за разнообразия ярких молодежных одежек… Судя по всему, контингент здесь действительно был не бедный…

Валерий покосился на Кошкина, который, сидя вполоборота, напряженно и старательно вглядывался в толпу, постепенно разбивавшуюся на небольшие компании. Наконец охранник слегка толкнул Валерия под столом ногой и, наклонившись к нему, пробормотал: «Справа, у самой урны, в зеленых сапогах…»

Померанцев слегка прищурился и отыскал глазами поначалу упомянутые зеленые сапоги, а затем оглядел их обладательницу… И моментально понял, откуда в голосе Кошкина взялась горечь.

Лидия Юркова оказалась удивительно красивой девушкой — высокая, стройная блондинка, но не заурядного, примелькавшегося типа, а со своеобразным, немного скуластым лицом, большими зеленоватыми глазами, в которых светилось высокомерие, с длинными, небрежно струящимися по плечам волосами. Она была в облегающем черном мини-платьице, на плечах — модный в нынешнем сезоне зеленый шарфик, легкий, полупрозрачный. Если что и портило девушку, так это застывшая маска пренебрежения на ее прекрасном, точеном лице… Покурить Юркова вышла одна, никакой компании вокруг нее не образовалось.

Коридоры вновь взорвались звонками. Лидия, так и не обратившая внимания ни на Кошкина, ни на его собеседника, вообще ни разу не взглянувшая куда-либо, помимо кончика своей сигареты, бросила окурок в урну и, спокойно развернувшись, исчезла в толпе, хлынувшей в правый коридор. Через минуту лестничная площадка опустела, а на этаже вновь установилась тишина.

Валерий посмотрел на Кошкина, невесело глядевшего в сторону и, вздохнув, поднялся:

— Ладно, Михаил, пойдем-ка со мной, покажешь мне ее «мицубиси»!

— «Мицубиси»?.. — переспросил тот, явно думая о чем-то своем. — Слушай, а что она все-таки натворила-то?

— Ты не в меру любопытен, — назидательно произнес Валерий. — Но так и быть — скажу: ничего! Просто проходила свидетельницей по одному старому делу, возможно, понадобится в этом качестве еще раз…

— Лидкина машина на парковке одна такая, — буркнул охранник. — Сегодня она ее второй слева припарковала, от подъезда слева… Сразу увидите… А я покидать пост не имею права!

— Не имеешь — так не имеешь, — легко согласился Померанцев. — Надеюсь, про наш уговор не забыл?

— Это чтоб никому ни слова, что ли? — Кошкин пожал плечами. — Да кому я скажу-то? Я, кроме напарника, когда смену сдаю, и не говорю ни с кем тут…

«Мицубиси» цвета «металлик» действительно выделялась на парковке: предпоследняя модель, насколько помнил Валерий, дорогущая. Впрочем, это его не слишком удивило с учетом того, что, как следовало из дела Башкира, отец Юрковой был владельцем небольшой, но весьма преуспевающей рекламной фирмы, занимавшейся также недвижимостью.

Он задумчиво оглядел машину, в общем-то бесцельно: даже если привести сюда того свидетеля-подростка, вряд ли мальчишка сумеет определить, эту или другую машину он видел у подъезда Познеева перед взрывом…