Саша, воспользовавшись тем, что было еще светло, посетил придорожную свалку. Там он нашел предмет, которому весьма обрадовался и который ему через сорок минут (столько он шел до деревни, где обосновались его товарищи) пригодился.

Саша, легко шагая по вечерней дороге, думал, что он приехал как раз вовремя: еда уже будет готова, но ее еще не успеют съесть.

Однако радостное настроение Саши рассеялось, когда он увидел семерых подростков, колотящих палками в школьную дверь. Он сразу оценил обстановку, на всякий случай сунул руку в карман телогрейки, который сильно оттягивался под тяжестью недавней находки, подошел к толпе и, вежливо похлопав по спине крайнего, попросил разрешения пройти.

Тот обернулся, а потом на Сашу уставились и остальные. Больше всего Саша походил на странствующего монашествующего отрока. Русые кудри выбивались у него из-под капюшона штормовки, на губах блуждала непонятная улыбка, голубые глаза, казалось, лучились добротой, легкая сутулость придавала ему какой-то просящий вид.

— Разрешите пройти, — тихим, слегка скрипучим голосом попросил ходок.

— Куда? — спросил его один из местных хулиганов.

— В школу, — вежливо сказал Саша.

— Ты что, тоже юннат?

— Вроде того, — ответил Саша.

— Ну, тогда, юннат, получай в зубы! — радостно воскликнул поселянин и замахнулся кулаком, целясь Саше в лицо.

Саша успел закрыть плечом подбородок, а потом ответил. Поселянин упал. Сашу тут же окружила толпа, посыпались удары. Тогда юннат достал из кармана то, что он нашел на деревенской помойке — огромный старинный навесной амбарный замок. И уже через пару минут из семерых местных жителей трое оказались небоеспособными, а остальные стали издали материть Сашу.

Один из них, продолжая изрыгать проклятия, достал из кармана перочинный ножик и открыл его.

Саша, увидев холодное оружие, всё так же вежливо сказал:

— Я же свой не достаю. И ты свой убери.

И, сжимая в руке замок, шагнул к меченосцу. Тот с воем побежал прочь.

А Саша наконец добрался до школьной двери и постучал.

На грохот таранов осажденные не отвечали, но на этот тихий стук откликнулись.

— Михайлин, ты?

— Я. Открывай.

Дверь открылась, и ряды защитников пополнились.

А через час дипломатических переговоров сквозь дверь осажденные вышли к местным и началось братание, которое естественным образом перетекло в спортзал. Бывшие враги сидели на низеньких скамейках вокруг снеди, разложенной на матах, и вели задушевные беседы.

Из сумки одного из гостей (того самого любителя холодного оружия) появилась бутылка вермута, огромная, как огнетушитель, со слабо читаемой этикеткой и намертво запечатанная полиэтиленовой пробкой. Хозяин бутылки начал было откупоривать ее своим ножиком, нанося туповатым лезвием неглубокие царапины. Саша, увидев его мученья, негромко сказал:

— Дай-ка я попробую.

Бутылка была ему передана. Юннат отработанным движением извлек из-за пазухи огромный немецкий штык-нож со свастикой и орлом на гарде, полоснул по пробке, стряхнул ненужную ее часть на пол, а клинок так же ловко отправил на место. И вся притихшая компания услышала, как тот с грохотом опустился в железные ножны.

Саша проводил тяжело груженого Олега до железнодорожной станции.

До прихода электрички оставалось десять минут.

— У тебя в части свинца случайно нет? — спросил Олег.

— А зачем тебе?

— Пули лить. Мне знакомый слесарь пулелейку выточил. Под пулю Полева. Говорят, из дробовика летит так же точно, как из карабина. По крайней мере метров на сто. А больше и не надо. Так есть свинец?

— А сколько надо? — сказал Саша, все так же непонятно улыбаясь.

— А сколько есть? — заволновался Олег, хорошо зная нюансы Сашиных улыбок.

— Ты мне скажи, сколько надо, столько и получишь.

— Килограмм десять.

— Куда тебе столько? Всех лосей перестрелять хочешь? Надорвешься нести. Я имею в виду свинец. Забыл, что скоро мой склад снова опорожнять надо?

— Так только что опорожнили, — удивился Олег.

— Ничего, к твоему приезду он снова наполнится, — успокоил его Саша. Ладно, десять килограмм я тебе выдам. Только до станции всё сам понесешь.

— Договорились.

— Вон электричка подходит. Я тебе позвоню, когда в следующий раз приезжать. Да, чуть не забыл. Будешь на птичьем рынке, купи мне и яиц артемий. Знаешь что это такое?