Шрифт:
– Вот ты этим и займись, – кивнул Сергей. – Только экономнее расходуйте керосин.
– У меня там еще бачки есть, – напомнил Титов. – Можно их наполнить.
– Уже темно, – покачал головой Сергей. – Не надо туда ходить.
– Ты не так меня понял. – Титов показал пальцем вверх, на плоскость крыла. – Возможно, что-то в самолете осталось.
– Действуй.
– А как с Изотовым поступим? – спросил Панов.
– День мы еще можем ждать. – Сергей оглянулся на шалаш. – А потом придется хоронить.
– Может, обмотаем его пропитанными керосином тряпками да прикопаем? – предложил Шибанов.
– Хорошо, – согласился Сергей. – Только кто-то должен быть готов отразить нападение.
– У тебя автомат, ты и сиди, – сказал Титов.
Сергей прошел к шалашу, снова заглянул под полог. Кто-то накрыл лицо Изотова летной курткой.
Летчики принялись за дело. Быстро темнело. Дождь прекратился. Поглядывая вверх, Лебедев направился к Шибанову. Тот уже расчистил от веток и травы пятачок и сейчас вгрызался в набухшую водой землю.
Они провозились до темноты. Обмотав Изотова пропитанной керосином тряпкой, его закопали прямо под хвостовым оперением. Потом оборудовали в самолете место для ночлега. Пришлось перекидать несколько десятков мешков с мукой в конец отсека и расстелить на полу брезент. Шибанов вскрыл один из мешков и достал несколько одеял, которые свернули и уложили вместо подушек. Титов развел костер. Ночное дежурство поделили поровну. Каждому выходило дежурить по два часа. Договорились, что найденный мачете будет лежать в изголовье у спящих, а автомат передаваться из рук в руки при смене караульных снаружи самолета.
Глава 4
Матвей вышел из прокуратуры и чертыхнулся. Машины еще не было. Он посмотрел на часы. Решив, что очная ставка с Лопатиным затянется, он отпустил Марту в парикмахерскую. Однако следователь управился быстро.
Матвей достал сотовый телефон и набрал номер девушки.
– Извини, так получилось. Уже еду, – с ходу догадавшись о причине звонка, затараторила Марта. – Здесь очередь была.
– Ты где?
– Перекресток Профсоюзной с Гарибальди проехала.
– Хорошо, – примерно прикинув, сколько еще времени ей понадобится, чтобы доехать до прокуратуры, ответил Кораблев. – Не торопись и будь осторожна.
Он убрал трубку в карман.
С момента задержания Лопатина прошло две недели. Как выяснилось, горничную он не убивал. У девушки действительно был выходной, и когда Матвей проник в дом, чтобы похитить акции, ее попросту там не было.
Двери распахнулись, и на пороге появился Зыбин. Не обращая внимания на своего спасителя, он направился к стоянке машин. Неожиданно ему наперерез бросилась щуплая женщина, все это время стоявшая в тени деревьев:
– Григорий Емельянович!
– Господи! – Зыбин замедлил шаг и, запрокинув голову назад, простонал: – Ольга Егоровна! Вы и здесь меня нашли…
– А как вы хотели? – Женщина с решительным видом перегородила ему дорогу. – Пожалуйста...
– Я сделал все, что мог. – Зыбин попытался обойти ее, но она вцепилась ему в рукав пиджака:
– Нет, не все!
– Послушайте, я не тянул вашего сына в эту долбаную Африку! – тряся свободной рукой, заговорил он. – Сергей Геннадиевич знал, на что шел.
– В прошлый раз вы сказали, что место посадки самолета известно, – торопливо заговорила женщина. – Так куда пропал экипаж?
– Там джунгли, – по складам проговорил Зыбин. – Много диких зверей...
– Господи! – Ольга Егоровна отпустила его и схватилась за сердце.
Воспользовавшись этим, Зыбин ретировался. Женщина трясущимися руками открыла сумочку, достала какой-то пузырек с лекарствами, однако лишь открыла его. Таблетки полетели на асфальт. Она пошатнулась.
Матвей подскочил к ней и схватил за плечи.
– Вам плохо? – Он увлек ее к деревьям. – Пойдемте в тень.
– Что случилось? – раздался сзади голос Марты.
– А вот и доктор! – обрадовался Матвей. – Женщине плохо.
– Да нет, – слабеющим голосом сказала Ольга Егоровна и махнула рукой. – Ничего страшного. Какой он негодяй!
– Вы имеете в виду Зыбина? – Матвей посмотрел вслед деляге.
Директор «AIR Wekta» уже садился в услужливо открытую охранником дверцу представительского «Мерседеса».
– А кто же еще? – вопросом на вопрос ответила Ольга Егоровна.
– Погодите. – Марта взяла женщину за запястье и стала мерить пульс.
– А почему он негодяй? – продолжал допытываться Матвей.