И вправду пришли.

Вставая с койки, она снова поморщилась. Чель Бергстрём заметил это.

— Вам больно?

Она кивнула:

— Меня ударили стулом по ребрам.

Он удовлетворился ответом. Может, в Виммербю стулом по ребрам — это нормально?

Она послушно протянула вперед руки, чтобы стоявшему в дверях полицейскому было легче надеть на нее наручники, но тот только головой покачал.

В помещении, где проводился первый допрос, никого не было, когда они туда вошли. Она села на прежнее место, а Чель Бергстрём встал у стены.

В следующую минуту вошли они. Незнакомый мужчина и незнакомая женщина. Бергстрём подошел и поздоровался за руку, Сибилла с места не сдвинулась. Вряд ли ей надо представляться.

Три пары глаз вперились в нее.

— Как вы себя чувствуете? — спросил незнакомый мужчина.

Она слабо улыбнулась. Сил отвечать не было.

— Меня зовут Пер-Олоф Грен, я сотрудник Главного полицейского управления. А это Анита Ханссон.

Бергстрём снова отошел к стене, а эти двое уселись напротив нее. Магнитофон они не включили.

— Если у вас есть силы, мы бы очень хотели послушать о том, что произошло вчера вечером.

Если у вас есть силы? Это еще что за тактика?

Вздохнув, Сибилла откинулась назад. В голове роились мысли, но она никак не могла нащупать ту, с которой можно начать.

— Я была на кладбище, — произнесла она наконец и уставилась на поверхность стола. — Там я поговорила со вдовой Руне Хедлунда, а потом уехала вместе с этим Ингмаром.

— Это он вас избил?

Посмотрев вверх, она кивнула:

— Да, стулом. Похоже, у меня сломано ребро.

— А царапины на лице?

— Это в лесу. Когда я убегала.

Мужчина кивнул и перевел взгляд на Аниту.

— Вам все-таки повезло, — продолжил он.

Конечно. Ужасно повезло.

— Как я поняла, вы знаете Патрика, — неожиданно произнесла женщина.

Сибилла посмотрела на нее. Робкий луч надежды пробился сквозь безнадегу.

— Вы нашли его?

— Это мой сын.

Сибилла широко раскрыла глаза. Полицейская мама Патрика!

По лицу женщины нельзя было догадаться, хорошо это или плохо.

— Он сегодня все рассказал, после того как мы услышали новости.

В какое-то мгновение Сибилле показалось, что все это ей снится.

— Я позвонила в Главное управление, как только поняла, что он действительно говорит правду. Хотя имя Томас Сандберг их сначала слегка запутало.

— Я не хотела вмешивать в это Патрика. Он и так мне очень помог, — сказала она и добавила: — Как мне казалось.

Мама Патрика кивнула. Значит, и ей тоже так казалось.

— Утром мы обыскали дом Ингмара Эрикссона, — произнес Пер-Олоф Грен. — И нашли останки в холодильнике.

Сибилла посмотрела на него.

Ах да. Я забыл заехать в магазин. Боюсь, вам придется удовольствоваться одним кофе.

— Это не я их туда положила, — тут же сказала Сибилла.

— Успокойтесь, Сибилла, — произнес человек по имени Пер-Олоф. — Мы знаем, что не вы.

Сибилла боялась поверить. В это невозможно поверить. Особенно сейчас, когда она почти смирилась со своей судьбой.

— Он признался, — продолжил Пер-Олоф. — Не выдержал, когда увидел, что мы обнаружили банки. Он собирался похоронить их рядом с могилой.

В комнате стало тихо. Сибилла изо всех сил старалась осознать новую ситуацию, но была слишком измотана, чтобы радоваться.

— Вам было бы лучше объявиться немного раньше. Тогда бы вы избежали всего этого.

Это снова заговорила мама Патрика. Сибилла понимала, на что та намекает. И даже улавливала отголоски той выволочки, которую пережил Патрик.

— Вы бы мне не поверили, — тихо произнесла она. — Ведь правда?

Оба полицейских промолчали.

— А Патрик поверил… Он был единственным, кто поверил. Единственным — за всю мою жизнь…

На какое-то время воцарилась тишина.

— Ну, в общем, — произнес Пер-Олоф наконец, — вы свободны, можете идти. Что вы собираетесь теперь делать?

Сибилла пожала плечами:

— Я знаю, — ответил Бергстрём, сделав шаг от стены. — Мы должны поехать в Ветланду, чтобы поговорить с вашей матерью.