— Ты прав. Мне тоже не терпится надеть нормальное платье, — призналась я, встала и последний раз оглядела себя в зеркале.

Трой взял меня за руку, и мы заторопились вниз. Репетиция начиналась.

Всю церемонию мне казалось, что я нахожусь в царстве грез. Кругом было много незнакомых лиц, все поедали глазами маму и Таттертона, которые старательно исполняли свои роли, а я все вертела головой в поисках отца. Мне хотелось, чтобы распахнулись тяжелые двери и на пороге возник папа… Фантазия моя распалялась, и я представила, что смолкнет музыка и все повернутся к нему. А он воскликнет:

— Джиллиан! Как ты можешь! А ты, Энтони Таттертон, немедленно сними заклятие с моей жены!

В моих грезах отец был крупнее, сильнее, внушительнее, чем в жизни. Он грозно указывал пальцем на Таттертона, который даже подался назад, благоговея перед величием Клива ван Ворина. Мама зажмурилась, потом раскрыла глаза и смотрела то на отца, то на Тони.

— Клив? О, Клив, какое счастье, что ты пришел! Что со мной было? Я не знаю, почему оказалась здесь…

Мама ринулась в папины объятия, я за ней. Отец, придерживая за плечи, повел нас за собой, и так втроем мы покинули чужие стены и пошли домой, счастливые и умиротворенные…

Видение исчезло, как лопается мыльный пузырь, в тот момент, когда Трой требовательно подергал меня за руку. Я в толпе «подружек» ждала, когда «священник» обвенчает молодых. Репетиция близилась к концу, поэтому мальчик решил напомнить мне об обещании поиграть на улице.

— Через час ленч, — сказал Тони, разрешив брату погулять. Нам оставалось только одеться. Трой сменил праздничный костюм на «нормальный» просто молниеносно.

— Мне тоже идти с вами? — поинтересовалась миссис Хэстингс с откровенной надеждой услышать отрицательный ответ.

— Нет-нет, миссис Хэстингс, мы сами справимся, — обрадовала я няню. Она так и просияла, будто ее с каторги освободили. Маленький мальчик вполне может быть сущим наказанием для почтенной женщины, подумала я.

Мы с Троем сразу побежали к снеговику. На улице было еще светло, но небо затянуло и снова пошел снег. Я с удовольствием наблюдала, как малыш колдует над пальцами снеговика, и слушала его щебетание. Он сначала перечислял, какие игрушки обещали ему на Рождество, потом пересказал историю о мальчике с волшебной дудочкой, которую поведал ему Райс Уильямс, потом доложил мне, как повар жил раньше в Новом Орлеане, при этом все время называл его Рай. Я удивилась, а Трой пояснил, что его так зовут все слуги.

— Рай Виски, а не Райс Уильямс.

— Рай Виски? Но ты, надеюсь, так не обращаешься к нему?

— Ну-у… — неуверенно протянул Трой и, быстро оглянувшись, добавил: — Только если Тони нет рядом. Он не одобряет этого.

— Все ясно. Тогда, может, и не стоит так говорить?

Мальчик пожал плечами. В его глазах засветилась очередная идея. Он отбросил серебряную ложечку.

— Нам нужны всякие ветки, чтобы «одеть» его, Ли. Очень нужны.

— Ветки?

— Ну, маленькие веточки. Я знаю, где взять. Борис все время стрижет кусты в лабиринте. Там много. Ну, пожалуйста, Ли. Мы быстро, а?

Я вздохнула. Стоять на одном месте было холодно. Снег валил все гуще. Пробежаться нам обоим будет невредно, решила я.

— Ладно.

Мальчуган тут же потащил меня за собой.

— Я покажу. Не бойся. Я все покажу.

— Хорошо, Трой, хорошо. Только не так быстро. Твой снеговик не растает. Это я тебе обещаю.

Мы бежали по аллее, а совсем близко от нас шли к машине две женщины. Они тоже были в «свите» на репетиции и сейчас делились впечатлениями. Я замедлила шаг и прислушалась.

— Она была замужем за человеком, годным ей в дедушки, — сказала одна. — Говорят, он совсем в маразме, даже толком не осознал, что жена его бросила.

— На брак со стариком женщину могут вынудить только деньги, — заявила вторая.

— Вот уж о чем ей теперь не придется беспокоиться! — воскликнула первая женщина. — А кроме денег она заполучила еще сногсшибательного молодого красавца. Ловкая дамочка!

Обе подруги засмеялись и сели в машину.

Несмотря на холод и густой снегопад, меня бросило в жар. Мне хотелось подбежать к этой машине, разбить в ней стекла. Они насмехались над моим отцом! Как они смели! Откуда идут такие гнусные слухи? Эти женщины не имеют права принимать участие в свадебной процессии… Ревнивые, завистливые, злобные сплетницы…

— Идем же, Ли, — потянул меня Трой.

— Что? Ах, да.

Я пошла за мальчиком, то и дело оглядываясь на удаляющийся автомобиль. У входа в лабиринт мы остановились и я сказала: