– Расходитесь, – с угрюмым презрением проговорил первый варан. – Иначе спущу швондеров.

Прохор-2 прижал губы к уху Прохора-11, заговорил торопливо:

– Это всего-навсего программы защиты психики Прохориила, они не должны быть настроены на ликвидацию узников! Они просто должны отпугивать нас.

Прохор-11 дёрнул за руку Прохора-1111:

– Прыгаем втроём на первого урода и лупим его по морде изо всех сил! Они не ждут этого, уверены в своём превосходстве.

– Понял! Вперёд!

Троица устремилась к первому крокодило-скорпиону.

Прохор-11 напал слева, заставив зверя повернуться к нему, Прохор-2 прыгнул на него справа, а Прохор-1111 нанёс мощный удар ногой в изогнутую уродливую шею.

Крокодило-скорпион дёрнул хвостом с пучком жал на нём и вонзил их себе в спину.

С гулким треском кожа зверя лопнула, и он начал распадаться на лохмотья и огненные лоскуты.

Варан, державший поводок, взвизгнул, кинулся было к нему, но нарвался на Прохора-11, который с яростным воплем ударил его в длинную челюсть, ломая её надвое.

Варан отлетел к стене пещеры, бросился наутёк на четвереньках, скуля и подвывая.

Его напарник озадаченно глянул на него, затем увидел, что от первого швондера осталась только тающая дымная пелена, бросил своего крокодило-скорпиона и помчался вслед за искалеченным приятелем.

– Бей его! – взвился чей-то голос.

На зверя набросились сразу несколько Прохоров, заставив его пятиться и огрызаться.

Но оставались ещё зубастые псы перед дверью «кельи» Прохориила, и Прохор-11 крикнул:

– Не бойтесь их! Это наши страхи! Бейте их, мы сильнее!

Прохор-2 метнулся к собачьей стае, один пёс ухватил его за руку, но Прохор-1111 вовремя ударил пса ногой в бок, и тому пришлось выпустить руку Прохора-2, чтобы схватиться с новым противником.

– Бейте разом! – добавил Прохор-11. – Одну скотину – вдвоём и втроём!

Пять ног врезались в грудь, в голову и бока пса.

Взвизгнув, тот отлетел в глубь коридора, разлетаясь на задымившие, покрывшиеся искрами ошмётки.

– Отлично! Следующего!

Ноги и кулаки нашли ещё одного пса, превращая его в дымно-сверкающий скелет.

Остальные попятились, огрызаясь.

– Сюда!

Глухие удары, вой, рычание. Пёс ударился о стену, истаивая искрами и дымом.

– Добиваем!

Воспрявший духом отряд кинулся на псов, и оставшиеся в живых твари с воем бросились наутёк, исчезли в темноте пещер.

– Молодцы! – выдохнул Прохор-1111, лизнув свою прокушенную ладонь. – Прошу прощения за тех ящериц, я не сразу понял замысел охраны. Они нас подслушивали и подослали Охотников.

– В следующий раз предупреждай, кого ты приводишь, – сказал Прохор-11, толкая дверь «кельи» Прохориила.

Дверь не дрогнула.

– Давай вместе, – подошёл Прохор-2, оглянулся на толпу «родичей». – Тот же приём: сосредоточимся на преодолении препятствия.

Над головами Прохоров всплыли призрачные нимбы «аур» – результат волевой концентрации.

– Толкнули!

Десятки рук упёрлись в неровную, бугристую, каменную с виду твердь. Плита двери пошла трещинами, с гулом и скрипом упала в глубь помещения, разлетелась на осколки.

Прохор-11 вбежал в «келью» Прохориила первым.

Хозяин присутствовал. Но таким его увидеть Прохор не ожидал.

Прохориил Смирдающий был вморожен голым в ледяную, а может быть, в стеклянную глыбу! Он стоял посреди «кельи» высокий, тонкий, хрупкий, белый, словно был выточен из фарфора, не касаясь ногами пола, слегка разведя руки в стороны. Голова его с закрытыми глазами была запрокинута к грубому «каменному» потолку, шапка белых волос искрилась, будто заряженная электричеством.

На гостей он не обратил никакого внимания, и чувствовалось, что голова этого гиганта мысли работает – по давлению на душу, по волне озоновой свежести, вылившейся на толпу Прохоров, по напряжению, царившему в «келье».

Прохориил думал. Мыслил. Решал какие-то сложные математические задачи. И при этом был пленником собственного мозга!

– Разбиваем лёд! – рявкнул Прохор-1111. – Все вместе, дружно!

Прохоры ворвались в «келью», замолотили руками и ногами по прозрачной глыбе.

Каждый удар порождал внутри глыбы быстро тающие облачка искр, но сама глыба оставалась цела.

В коридоре зародился шум, сопровождавшийся рычанием и визгом, послышались вопли:

– На нас напали!

– Оглянитесь!