Ираклий не был алкоголиком. Он, по определению полковника, был шебутным. Его дурная голова не давала ногам покоя.

– Ты слышал это?

«О да, господи...»

Он вздохнул. Встал и зажег свет в спальне, пообещал жене:

– Я убью его.

Она согласно покивала в ответ.

Марку показалось, что света во дворе прибавилось. Он не ошибся. На втором этаже в одной из комнат зажглась лампа. Он бросил взгляд на часы. Четверть первого. Неужели Ашуба заметил его? Или Сосо не заметил камеры слежения? Но как-то уж робко отреагировал на вторжение полковник спецназа – просто включил лампу. Что дальше? Вооружится битой и спустится во двор? Нет, реакция на вторжение не должна отличаться от принципа работы автосигнализации: рев, свет...

Сергей остался спокоен.

Но чего он не ожидал, так это громкого шипящего звука за спиной, как будто он разворошил террариум с гремучими змеями. Это ушла по направляющим внутрь гаражная дверь. Марк резко обернулся и в двух шагах от себя увидел полковника. Ашуба был одет в белую майку и синие спортивные штаны, на ногах тапочки. В этой одежде, подчеркивающей его сильные мышцы, он предстал другим: решительным и безбоязненным. В парикмахерской он не смотрелся рядом с мощным и именитым Шерханом.

Марк опередил противника на пару мгновений, и Ашуба умело перешел к обороне. Он уклонился от связки-двойки – джеб левой и прямой правой – и поменял стойку. Его правый боковой не представлял для Марка угрозы – он мог достать его с такого расстояния разве что прямым. Но этот крюк стал продолжением наработанной связки. Вслед за рукой и плечами он закрутил бедра и когда, фактически, повернулся лицом к противнику, выстрелила его левая нога. Марк успел поставить блок, но удар был настолько силен, что его отбросило в сторону. Два, три неверных шага, и он снова обрел равновесие. Теперь он стоял спиной к черному джипу «Мерседес», а полковник – на пороге гаража. И в этот раз он атаковал Марка. И снова его удар был точным и сильным и отбросил Марка на капот машины. Он распластался на нем, но в тот же миг, выбрасывая вверх и вперед ноги, оказался на полу, так неожиданно быстро, что Ашуба, избегающий ближнего боя, оказался в невыгодных условиях: близко к противнику, на прямых, расставленных узко ногах. Он сумел провести обратный захват рук Марковцева. А для самого Марка это был подарок. Прием «подхват, скрещивая руки» он провел молниеносно. Он вывел правой рукой левую руку полковника влево и вперед, а левой рукой затянул его правую руку к себе, и это действительно было перекрещивание. А дальше он, поворачиваясь на левой ноге и подбивая ноги противника, головой вниз послал его на пол. Он смягчил прием, чтобы Ашуба не сломал себе шею.

Но все равно приземление на голову получилось жестким. Ашуба пошевелил было головой, но его тело пронзила острая боль. Он застонал.

Сергей потянул рычаг на потолке, и система противовесов мягко, со знакомым уже шелестом опустила штору на место.

Он не рискнул поднять Ашубу – его серьезная травма была очевидна, – он присел на корточки так, чтобы было видно его лицо.

– Наверху, в спальне, твоя жена, – начал Сергей. – Если ты ответишь на несколько вопросов, я забуду о ней. Если откажешься – я поднимусь к ней. Ты можешь говорить? Эй, я тебя спрашиваю! – Он шлепнул Ашубу по щеке. – Скажи «да», «нет», любое слово.

– Да, – с трудом разлепил рот полковник.

– Отлично. Теперь пару слов обо мне. Я получил задание убрать Джемала Шавхелишвили. Рано или поздно я убью его.

Ашуба, глядя в холодные глаза Марка, нашел в них доказательства. Они показались ему безжизненными, как стекло, и он не удивился бы, если бы заметил миниатюрные «дворники».

Он пригрозил подняться в спальню к жене...

– Мы встречались раньше? – спросил он, чувствуя связь своего языка с каждой клеткой тела. В его шейном позвонке от удара о бетон образовалась трещина, в которую с трудом могло пролезть бритвенное лезвие. Ему чудилось, что так и было: лезвие наполовину прорезало главный нерв...

– Однажды. Мельком, – подтвердил Марк. – В парикмахерской, что неподалеку от «филиала».

– А... Клиент на синих «Жигулях»...

– Хорошая память. Ты передал Шерхану пакет и сказал, что в нем карта, которую тот просил. Что за карта? Что за интерес? Не медли, полковник. Я тебе не майор Телешевский.

– Нет. – Ашуба не мог избавиться от желания покачать головой. – Мы встречались гораздо раньше. Кажется, в столичном аэропорту.

Аэропорт Тбилиси. Зима 2001 года. Передача чеченских боевиков грузинской стороне.

...Марк буквально выцарапал глазами фигуру сначала одного арестованного, потом второго: «Вот они!» Оба находились за спиной офицера госбезопасности, шагнувшего на площадку трапа. Внизу их поджидала разношерстная представительная делегация; кто-то вооружен до зубов, кто-то скрывал оружие в заплечных кобурах и карманах деловых костюмов. Комитетчики хоть и были в гражданском, но выделялись одеждой – короткими коричневыми дубленками. И все как один были без головных уборов.

Вслед за офицером чинно спускались подрывники. Сергей, видя, как встречают боевиков, не удивился бы их появлению в зале официальных делегаций. Но все же у трапа бандитов «разобрали» люди в гражданском. Невооруженным глазом можно было приметить, как один из подрывников – арестованный в Питере сотрудник грузинских спецслужб, обменивается рукопожатием с коллегой, перебрасывается словами, кивает, улыбается. Два других – выпускник диверсионной школы Хаттаба и российский специалист-пиротехник – своих эмоций не показывают. Оглядываются, чаще всего посматривая в сторону застекленных дверей. В отличие от грузинских товарищей, на них надеты «браслеты».

Затворы автоматов давно передернуты, предохранители сняты, переводчики огня установлены на автоматический режим. Одна рука на автомате, другая на ручке дверцы. Только глаза Сергея Марковцева и его напарника по кличе Певец смотрят в одно место. Сорок шагов окончательно расставят каждого на свое место и станет понятно, как распределятся экстрадированные преступники между двумя русскими спецназовцами. Но вряд ли что-то изменится коренным образом.

...Вскинув автомат на уровень плеч и чуть склонив к нему голову, Марк, делая шаг от машины, нажал на спусковой крючок. Оружие фыркнуло, ударяя в плечо складывающимся прикладом. Глаза привычно отметили точное попадание. Опасаясь, что на преступниках могли быть бронежилеты, Сергей стрелял в голову. Рискованно в данной ситуации, поскольку расстояние до цели было достаточно велико. Но одна пуля точно нашла свою цель: бандит резко опустил подбородок.