Элиза ждала, гордо выпрямившись, как героиня какого-нибудь романа.

— Маффеи! — сказала учительница, тыкая в нее пальцем. — Если ты мне не скажешь, кто тебя научил этому слову, я тебя… я тебя…

«Ну давай, смелее!» — попыталась передать ей мысли на расстоянии Приска.

— Я тебя… — повторяла учительница, как заевшая пластинка. Но выражение лица у нее было таким свирепым что Притворщицы прекратили хихикать и замолкли. Кролики дрожали, как самые настоящие кролики.

— Кто тебя этому научил? — прогремела синьора Сфорца.

— Я! — вскочила Иоланда. Ей тоже хотелось показать себя героиней перед одноклассницами, как Гарроне, про которого она читала в «Сердце» де Амичиса. Ей хотелось отплатить, единственным возможным для нее способом, Элизе и остальным за рождественский подарок. Она ненавидела чувствовать себя кому-то обязанной. И потом, она вынесла уже столько ударов палкой, оплеух, столько временных исключений с занятий, а Элиза была такая нежная, этакая сладкая куколка.

Элиза, которая этого совсем не ожидала, завизжала:

— Это неправда! Это не она!

— Не пытайся ее защитить! — сказала синьора Сфорца, счастливая, что может свою ярость вылить на Иоланду. — Конечно, она. Кто еще? Я была уверена, что такая порядочная девочка, как ты, такое слово могла услышать только от двух этих сквернословок. Я не просто так не хотела их видеть в своем классе.

— Это неправда! — перебила ее Розальба. — Иоланда тут ни при чем. Я первая и…

— Хватит! Не надо меня путать! Перестаньте наконец вы трое разыгрывать из себя адвокатов. Все равно вам не сбить меня с толку. Вам не удастся спасти этих двух несчастных от справедливого наказания… Надо же научить такому грубому слову, такой омерзительной ругани девочку из хорошей семьи… Если бы это слышала синьора Гардениго… Но ты же не станешь произносить его при бабушке, правда, Маффеи? Это неслыханно! Это очень плохое слово!

Иоланда нетерпеливо подставила руки для ударов палкой. «Давайте уже покончим с этим поскорее!» — говорил ее взгляд.

— Э, нет, моя дорогая. Здесь нужно кое-что другое! — сказала синьора Сфорца. — Марчелла, будь так добра, сходи в туалет и принеси мне тазик с водой и мыло.

— Извините, я не могу. У меня новые туфли, я натерла ногу, — придумала Марчелла, которая не хотела участвовать в наказании Иоланды.

— Тогда пойдет Звева.

— Я вам не слуга, — ответила эта змея.

«Стоит дать слабину, и наступает хаос», — подумала учительница. Но сегодня у нее не было сил бороться на два фронта. Она сделала вид, что не расслышала.

— Хорошо, деточка, — сказала она. — Значит, пойдет Алессандра.

Алессандру не пришлось просить дважды, и она в мгновение ока вернулась с тем, что нужно.

Учительница убрала журнал в шкаф, поставила тазик на учительский стол и приготовила густой мыльный раствор.

— Ругательства загрязняют наш рот, — заявила она. — Значит, тот, кто их произносит, должен вымыть рот с мылом.

«Уж лучше палка. Меня же стошнит перед всем классом», — подумала Элиза.

«Интересно, достаточно ли это серьезное оскорбление, чтобы требовать кровавой расправы?» — гадала Приска.

Но учительница благосклонно кивнула Элизе и сказала.

— Реповик! К доске!

Иоланда пошла к доске, высоко подняв голову, наслаждаясь своей ролью героини.

— Но это несправедливо! Ругательство произнесла Элиза, — запротестовала Розальба.

— Думаешь, я не могу понять, кто развратитель, а кто жертва? — строго сказала учительница. — Твоя подруга Маффеи стала жертвой собственного милосердия. Если бы она держалась подальше от этих негодяек, с ней бы ничего не случилось. А эта злодейка Реповик воспользовалась ее наивностью и чуть не затащила ее в трясину. Чего тут спорить? Она же сама призналась.

Когда Иоланда подошла к доске, учительница скомандовала:

— Высуни язык.

Потом обернулась к Алессандре:

— Намыль его хорошенько.

Алессандра так и сделала.

— А теперь прополощи рот, — сказала учительница, показывая на тазик. Вода в нем была такой мыльной, что, когда Иоланда сделала глоток, поднялась пена.

— Полощи-полощи. Двигай щеками, всюду прополощи. От всей этой грязи, которую ты говорила, не должно остаться ни следа.

Иоланда повиновалась. Она полоскала рот с минуту, потом собралась сплюнуть в тазик.