— Просто мне не хватает того Джейка, который был раньше, а ему не хватает меня такой, какой я была раньше.

— Милая моя! Это же естественно! Вашему первому ребеночку всего лишь полгода.

— Я люблю Бонни больше самой жизни. Я ни на что ее не променяю, но мне не хватает творчества, не хватает общества взрослых и не хватает романтического отношения со стороны Джейка. С самого рождения ребенка из наших отношений исчез романтизм. Мне кажется, будто он меня больше совсем не любит.

— Но, Мэнди, деточка, — Дива подалась вперед, — чего же ты ожидала? Любовь и романтические отношения — это ведь далеко не одно и то же. Рождение ребенка привнесло в вашу жизнь огромные перемены. И это нормально. Вы оба очень устали.

— Но «нормально» — это не про нас с Джейком, — печально покачала головой Мэнди. — Нас обоих можно назвать ненасытными, страстными, переменчивыми — как угодно, только не нормальными. Я сейчас, как никогда, чувствую себя непривлекательной и отяжелевшей, поэтому мне вдвойне важно, чтобы он меня хотел.

— Мэнди, — вздохнула Дива, — ну ты же стала мамочкой. Ты не перестала быть красивой женщиной! Ты не перестала быть умной девочкой, и на работе будут очень рады твоему возвращению, когда ты будешь к этому готова. — Пожилая дама улыбнулась. — Боже, до чего же ты похожа на меня в молодости. Ты хочешь, чтобы жизнь была сказкой, ты хочешь всего и сразу!

— Это так плохо?

— Ну что ты, деточка, — рассмеялась Дива. — Просто я не уверена, что твои желания осуществимы.

Мэнди обожала беседовать с соседкой. Дива для нее была кем-то вроде доброго духовника, только, в отличие от священников, одевалась она по последней моде. Мэнди могла, не таясь, рассказать ей все-превсе. Дива никогда не судила ее, не говорила ей, что она ведет себя правильно или неправильно, наивно или безрассудно.

Вернувшись домой в тот вечер, Джейк постарался побаловать Мэнди. Он знал, что ей приходится непросто. Он заказал ужин на вынос в китайском ресторане и сделал Мэнди массаж стоп. Потом он поговорил по телефону с сыновьями, перекинулся парой слов с Элен и набрал Мэнди ванну с шапкой душистой пены.

Потом они оба в халатах пришли в детскую и смотрели на спящую в кроватке Бонни. В тот миг они чувствовали себя самыми счастливыми родителями на свете. Бонни зашевелилась.

— Джейк, можешь с ней посидеть, пока я тут немного приберусь?

— Приберись завтра.

— Не получится. Если не приберусь сейчас, завтра могу не выкроить минутку. Ты представить себе не можешь, какая она. Она требует к себе непрерывного внимания. Я думаю показать ее доктору Доукину. Оливия говорит, что Робин, когда была маленькой, тоже не давала ей ни минуты покоя, а потом оказалось, что вся ее гиперактивность и беспокойность — из-за неправильного питания. Я хочу просто убедиться, что все в порядке. Ведь это ненормально, Джейк.

— Правда?

— Да. — В голосе Мэнди звучало беспокойство. — Я больше не могу с этим мириться.

— Ну ладно, не переживай, я ее сейчас укачаю, а потом можно будет обняться, поцеловаться и перейти к более приятным занятиям.

Мэнди просияла. Ей сразу стало легче.

— Просто замечательный план. Мне так тебя не хватало.

— Мне тебя тоже, но я боялся. Элен всякий раз после рождения детей очень долго не допускала меня до себя. Стоило только мне к ней притронуться, как я чувствовал себя таким эгоистом. Я просто не хотел тебя расстраивать.

Джейк поцеловал ее в лоб и в губы, а потом взял Бонни из кроватки и стал укачивать.

Мэнди убрала бутылочки и тарелочки, подготовила все на завтра.

Глянув в зеркало, она слегка пощипала себя за щеки, выключила свет, сбросила халат и направилась к Джейку.

Тот лег на кровать и мгновенно уснул, а Бонни уютно угнездилась у него на животе.

У Мэнди сжалось сердце. Картина была умилительная, но ей стало грустно.

— Ты неблагодарная скотина, — пробормотала она себе под нос. — Он же любит тебя, у тебя чудесный ребенок, ради нас он бросил детей и жену.

Мэнди закусила губу, сдерживая слезы. Нет, она не ожидала, что жизнь будет складываться именно так. Что с ней такое? Почему она грустит? Почему скучает по Джейку, если он постоянно с ней живет? Почему она не может быть лучшей мамой? К своему немалому смущению, ответов на эти вопросы она найти не могла.

Может, те отношения с Джейком, о которых она мечтала, уже в прошлом? Тогда она была его любовницей.

Она легла рядом с ними, но ее любимые даже не пошевелились.

— Джейк, — шепотом позвала она. — Джейк.