— Теперь ты будешь мне должна за это сотни поцелуев, — сказал он и сразу заторопился. — Нам нужно спешить.

Ее испытания на этом не закончились. Чтобы добраться до домика Тирлаг, им еще предстояло преодолеть остаток тропы над самым обрывом.

— Может, отпустишь меня? — Йен продолжал таль ее за собой. — У меня рука занемела.

— Нет.

Тропа стала совсем узкой. Она тянулась по карнизу вдоль обрыва и была едва ли шире стопы человека. Вперед приходилось передвигаться боком, вжимаясь в валуны и скалы за спиной. Носки ее туфель висели над пустотой. А далеко внизу кипели серые волны с шапками белой пены.

Сердце стучало неистово. Краешком глаза Шилес старалась высмотреть на вертикальных стенах обрыва любую поросль кустарника, чтобы уцепиться за него, и вдруг случится упасть.

Неожиданно под ногой оказался камень. Шилес споткнулась о него и поняла, что теряет опору. Сердце ушло в пятки. Она вскрикнула. Нога повисла над пустотой, и Шилес стала звать Йена.

— Да я тут, — с натугой произнес он.

Она замолчала и подняла на него глаза. Сдвинув колени и вцепившись одной рукой в скалу, другой он держал ее за запястье. Зубы стиснуты. Жилы на шее напряглись. Йен боролся за нее.

Зарычав, он втянул ее назад на тропу. У нее от страха так тряслись ноги, что она снова кувыркнулась бы вниз, если бы Йен вдруг отпустил ее.

— Пошли дальше. — Он решительно посмотрел ей в глаза. — Я же, сказал, что не дам тебе упасть. Ты должна доверять мне.

Шилес с готовностью кивнула. Йен все так же крепко держал ее за руку. Он не отпустит ее.

— Осталось совсем чуть-чуть, — успокаивал ее Йен. — Вон, уже и домишко Тирлаг показался.

Все равно сердце Шилес билось где-то в горле, но она, не останавливаясь, двигалась за ним.

— Хорошая девочка! Еще три или четыре шажка, и все.

Когда наконец тропинка вывела их на лужайку позади дома Тирлаг, Шилес была готова упасть на колени и целовать землю от радости.

— За это ты должна мне нечто более серьезное, чем поцелуи. — Йен рукавом вытер пот со лба. — Теперь пойдем, найдем Коннора и Дункана.

Они заторопились к хижине и нашли двух друзей за столом, уписывавших рагу из больших деревянных мисок.

— Обед окончен, ребята, — объявил Йен. — По дороге сюда едет двадцать человек, вооруженных до зубов, и с ними Хью.

Он не успел договорить, как Коннор с Дунканом уже оказались на ногах.

— Мы спрячемся в пещере, — сказал Коннор, подвязывая меч. — Исхитрись как-нибудь и дай знать, если они полезут вниз, на берег.

— Ладно, — согласился Йен. — А сейчас двигайте.

— Извини, Тирлаг, — обернулся Коннор через плечо, подходя к двери.

— Не выбрасывай мое рагу.

Дункан схватил со стола овсяную лепешку. Он помахал им рукой, выходя вслед за Коннором.

Шилес опустилась на стул, который еще хранил тепло Коннора.

— Где твой виски, Тирлаг? — поинтересовался Йен.

— Сейчас принесу, — сказала старуха.

Шилес с удивлением наблюдала, как эти двое быстро и слаженно принялись за дело. В одно мгновение Йен сложил остатки еды из мисок в котелок, висевший над огнем, куском полотна вытер их досуха и сунул на полку над столом.

В это время Тирлаг отошла в угол и наклонилась над корзиной для шитья. Вытащила оттуда кувшин и, не жалея, налила из него виски в две чашки, стоявшие на столе.

— Выпей до дна, — приказал Йен Шилес и опорожнил свою одним махом.

Шилес поперхнулась, когда огненная жидкость потекла вниз по пищеводу.

Вытерев чашки, Йен тоже поставил их на полку и, пододвинув стул, сел рядом с ней.

— А теперь мы, разнежившись, болтаем с Тирлаг о том, о сем.

Через минуту дверь распахнулась настежь, и в небольшую комнатку ввалилось несколько человек, принеся с собой облако омерзительной вони. Впереди был Черный Хью.

Шилес не видела его так близко с самого детства, пока Хью осматривал домик, она сидела и удивлялась тому, как он похож на покойного вождя и Рагналла. У него было такое же квадратное лицо, крепко сбитая фигура и властность в манере держаться. Однако что-то мрачное и зловещее сквозило в мутном взгляде его голубых глаз. И вождь, и Рагналл были крутыми мужиками, но в них отсутствовал этот налет порочности.

— Где они? — требовательно спросил Хью.

За загородкой недовольно замычала корова, когда один из бойцов пнул ее и начал ворошить мечом сено.

— Если буренка лишится молока, ты мне ответишь, — предупредила Тирлаг.

— Остальная троица должна быть где-то поблизости, если ты тут. — Хью повернулся к Йену. — Почему бы тебе не избавить нас от лишних забот и не сказать, где мой племянник? Нам с Коннором нужно поговорить.

— Не сомневаюсь, ты уже знаешь, что Алекс живет у нас. — Йен развалился и принялся раскачиваться на стуле, как будто они обсуждали, хорошо ли клюет рыба. — А вот Коннора и Дункана я в глаза не видел.