— Она ушла ночью одна? — спросил тот. — Чем ты ее так довел, скотина?

Страх кинжалом полоснул его.

— Ты действительно не знаешь, где она?

— Клянусь могилой отца, — ответил Гордон.

Йен проглотил комок в горле.

— Я должен найти ее, пока с ней чего-нибудь не случилось. — У двери он обернулся. — Ты сообщишь мне, если она появится здесь?

— Сообщу, — пообещал Гордон. — Но если Шилес решила бросить тебя, я не стану отсылать ее назад.

— Куда она могла деться?

Йен мерил шагами зал.

В переломные моменты у него голова всегда оставалась ясной, но сейчас в ней не было ни единой мысли.

— Пойдем осмотрим ее спальню. Вдруг найдем какую-нибудь подсказку, — предложил Алекс.

Йен помчался вверх по лестнице, Алекс заторопился вслед за ним.

Войдя в комнату, он поднял с пола ее платье. Непроизвольно поднес его к лицу, вдохнул тонкий аромат.

И зажмурился. Чувство потери было сильным, как физическая боль. Как будто его сердце резали бритвой.

Как она могла взять и уйти?

— Ну-ка, взгляни сюда, — позвал Алекс.

Йен подошел к нему, склонившемуся над маленьким столом, на котором Шилес держала счета. Алекс разворошил аккуратную стопку.

— Прочти вот это.

Он ткнул пальцем в лист, лежавший поверх раскиданных бумаг.

У Йена упало сердце, когда он закончил читать. Боже милостивый, на что она решилась! Это было письмо королеве с просьбой помочь получить развод с неким Йеном Макдональдом. Еще Шилес просила заступничества короны, дабы изгнать отчима из ее замка и вернуть принадлежавшую ей землю.

— По-моему, это черновик. — Алекс показал на чернильные кляксы. — А вот чистовика нигде не видно.

— Значит, она забрала его с собой. — Теперь Йен понимал, куда отправилась Шилес. Для него это было как удар под дых. — Господи помоги, она отправилась в Стерлинг.

На лестнице послышались легкие шаги. Обернувшись, Йен увидел стоявшую в дверях мать, нервно стискивавшую руки. Когда она наконец заговорила, голос ее был едва слышен.

— Нилла тоже нет.

Ему потребовалось какое-то время, чтобы осмыслить услышанное.

— Нилла тоже нет? Он сбежал вместе с ней?

— Отец говорит, хорошо, что Шилес не одна.

— Боже мой! — Йен забегал по спальне как пойманный зверь. — О чем они оба думают? Стерлинг ведь не тут, за углом, до него несколько дней пути. Господь всемогущий, их ведь могут убить по дороге!

Ему тут же предстали картины изнасилованной Шилес, как их обоих нещадно избивают, как их искалеченные тела лежат при дороге, отданные на растерзание диким животным.

— Нилл мастерски владеет мечом, — сказал Алекс, как будто поняв, о чем сейчас думает Йен. — Не сомневаюсь, отец научил его, как и тебя, быть предусмотрительным и невидимым в походе.

Взгляд матери остановился на желтом платье, которое Йен почему-то продолжал сжимать в руках, и затем переместился на кровать.

— Что-то я не вижу старой одежды Нилла, в которой она чистила коровник. Я ее выстирала и положила ей на кровать.

— Ну, если Шилес переоделась мальчишкой, тогда, мне кажется, риск не велик, — заметил Алекс.

— Даже если им удастся беспрепятственно добраться до Стерлинга, — вскинул вверх руки Йен, — все равно этот городишко настоящее осиное гнездо.

После неожиданной гибели Якова IV при Флоддене Шотландия осталась на короля-ребенка и его мать-регентшу, которая к тому же являлась сестрой ненавистного короля Англии. Не нужно было быть прозорливцем, чтобы понять: сильные и беспощадные мужчины при дворе начнут соперничать за влияние на ребенка и его мать.

— Я еду за ними, — сказал Йен, направляясь к лестнице. — А когда найду, убью обоих собственными руками.

Алекс догнал его уже внизу.

— Коннор и Дункан соберутся быстро, — сказал он.

Йен покачал головой.

— Нет. Я не знаю, насколько все это затянется, а до схода на Самайн осталось всего две недели. Вам троим нужно оставаться здесь, чтобы быть уверенными, что Коннора выберут вождем.

— Мы едем с тобой. — Алекс надел шапку и снял с крючка у двери свой плащ. — Времени хватит, чтобы съездить в Стерлинг и вернуться назад. Только нужно поторопиться.