— И к чему ты пришел? — сухо поинтересовалась Шилес.

— Ну, может, Йен просто мылся, а Дайна вошла неожиданно? — Голос Нилла звучал неуверенно. — Ты же видела лохань, видела, как с него текла вода.

— Ты забыл упомянуть, что Дайна тоже была голая, — процедила она сквозь зубы. — И не говори, что ты этого не заметил.

— Заметил, как тут не заметить. И сначала я, как и ты поверил, что они там занимались кое-чем.

Ему было неловко говорить на эту тему. Шилес могла клясться, что ему было бы проще дать отстегать себя жгучей крапивой, чем обсуждать все это.

— Ты должна понимать, что Дайна относится к такому сорту женщин, которые скидывают с себя все еще до того, как мужчина их попросит.

Шилес резко села на постели и всмотрелась в неясные очертания фигуры под дверью.

— Откуда тебе это известно, Нилл Макдональд?

— Ну… Дайна и мне устраивала такие представления.

У нее отвисла челюсть. Как Дайна посмела завлекать его? Он еще мальчишка, несмотря на свой шестифутовый рост!

И еще, привычка Дайны задирать юбку перед мужиками, никак не объясняет, почему талисман висел у нее на шее.

— Ты рассчитываешь, будто я поверю в то, что на кухне ничего не произошло? — осведомилась она. — А когда она заголилась перед тобой, тоже ничего не произошло? Ничего, да?

Молчание Нилла подтверждало его вину.

— Твоя мать очень бы расстроилась, узнай она об этом.

Шилес снова легла, несколько раз ткнув в подушку, чтобы взбить ее.

— Я человек не женатый, — наконец произнес Нилл. — И что у меня происходит с женщинами, не должно ее волновать.

— Противно тебя слушать.

Шилес отвернулась лицом к стенке и натянула одеяло на голову.

Теперь тишину нарушал только шум из трактира с первого этажа. Так продолжалось довольно долго. И Нилл снова заговорил:

— Если бы у меня была такая жена, как ты, Шил, я не стал бы обращать внимание на то, что предлагала Дайна. — Он помолчал. — Вот почему мне кажется, что Йен ничего такого не делал. Может, ты позволишь объяснить, что там случилось?

Полночи Шилес крутилась на узкой кровати, давя клопов, выползавших из соломенного тюфяка, и думая над словами Нилла. Она всегда испытывала к Йену слабость и сейчас была почти готова схватиться за любое доказательство его невиновности.

Поняв, что ее решимость слабеет, Шилес вновь представила себе картину, которую увидела на кухне: голого Йена во всей своей красе, с победно торчавшим членом, и Дайну, выглядывавшую у него из-за спины тоже в чем мать родила, за исключением мешочка с магическим камнем, болтавшимся между ее грудей.

Всякий раз, когда ей удавалось выкинуть из головы Йена вместе с Дайной, она начинала ворочаться и крутиться от беспокойства перед встречей с королевой. Может, она ведет себя как последняя дура, вытаскивая свои заботы на суд королевы? Но она сыта по горло мужчинами, которые решают за нее. Все-таки женщина лучше поймет ее и займется ее делом, а не замком.

Даже если королева ничем не поможет, попросить-то ее можно?

Когда Шилес надоело воевать с клопами и когда мысли завертелись по второму кругу, она спустилась с кровати и устроилась на полу, поодаль от Нилла. Она была признательна ему за то, что он остался с ней, за то, что уважает ее решение. Пусть ему это кажется полной глупостью.

После развода с Йеном формально перестанет существовать их связь с Ниллом. Для нее это будет потерей, грустной потерей. Она лежала и вслушивалась в его дыхание, зная наперед, что Нилл навсегда останется в ее сердце братом. Оставалось надеяться, что он испытывает к ней такое же чувство, и она все-таки не потеряет его.

Меряя шагами узкое пространство комнаты на втором этаже таверны, Шилес начала жалеть, что отправила Нилла с письмом в королевский замок, а сама осталась здесь дожидаться результата. Когда раздался стук в дверь, она схватила кинжал с кровати, а потом приложилась ухом к двери.

— Шилес, пусти меня.

Это был Нилл, и она отодвинула засов.

— Я чуть не умерла от тревоги. Почему так долго?

— Тебе очень идет, — оценил ее платье Нилл.

— Скажи, что происходит? — спросила она. — Королева примет меня?

— Сначала стражники расхохотались мне в лицо, когда я сказал им, что буду ждать ответа королевы. — Он рухнул на кровать. — Но через час сообщили, что королева примет нас сегодня до обеда.

Шилес вдруг стало не по себе, как будто съела на завтрак фунт свинца, а не овсянку на воде. Она действительно увидит королеву!

— У меня нет зеркала, — пожаловалась она. — Ты поможешь уложить волосы?