Непроницаемым взглядом она посмотрела на шарф, потом на меня:

— Вы хотите, чтобы я вам полностью доверилась, мистер Марло? Но ведь вы оказались не таким уж умелым сыщиком.

— Хочу. Более того, прошу о доверии. А о моих профессиональных качествах судить пока еще рано.

— Цирк! — вмешался Дегармо. — Из вас бы получилась прекрасная клоунская пара. Не хватает только акробатов на заднем плане. Тем не менее…

— Как ее убили? — перебила она, словно Дегармо вообще не было в комнате.

— Раздели, расцарапали и задушили, — сказал я.

— Ничего подобного Дерри совершить не мог, — сказала она спокойно.

Дегармо причмокнул губами и сказал:

— А вот это не скажите. Человек на все способен. Кому-кому, а полицейским, сестричка, это хорошо известно.

Она даже не взглянула в его сторону.

— Вам, судя по всему, не терпится узнать, куда мы пошли после визита к вам и проводил ли он меня домой?

— Да.

— Если бы он меня провожал, ему бы не хватило времени доехать до Бей-Сити и убить ее. Правильно?

— В общем, да.

— Так вот, никуда он меня не провожал, — медленно произнесла она. — Минут через пять после ухода от вас я поймала на Голливудском проспекте такси и больше его не видела. Думала, он поехал домой.

— Обычно подружки помогают своим приятелям с алиби, — сказал Дегармо. — Правда, люди, как известно, бывают разные.

— Он хотел меня проводить, — сказала мне мисс Фромсет, — но ему было не по пути, к тому же мы оба очень устали. А говорю я вам все это лишь потому, что не верю в его вину. Иначе бы ничего не сказала.

— Значит, время у него было, — сказал я. Она помотала головой:

— Не знаю. Откуда мне знать, сколько на это требуется времени? Неизвестно мне и то, как он узнал, где ее искать. Во всяком случае, не от нее и не от меня. Мне она свой адрес не сообщала. — Ее глаза пристально, изучающе вглядывались в мои. — О таком доверии шла речь, мистер Марло…

Я сложил шарф и сунул его назад в карман:

— Нам надо выяснить, где он.

— Не имею ни малейшего представления. — Она следила, как я складываю шарф, и остановила взгляд на моем кармане. — Вы сказали, что вас оглушили. Вы что, совсем потеряли сознание?

— Да. Кто-то прятался за портьерой. А попался я, как дурак. Она размахивала у меня перед носом пистолетом, и я решил его отнять. Зато теперь ясно, что Лавери застрелила именно она.

Дегармо внезапно поднялся.

— Мы совсем упарились, приятель, — заворчал он, — а толку никакого. Пошли отсюда.

— Минутку, — сказал я. — Я еще не закончил. Предположим, мисс Фромсет, что его что-то мучило, грызло душу. Именно так он сегодня, кстати, и выглядел. Может быть, он знал куда больше, чем нам с вами казалось, может быть, понимал, что назревает нечто серьезное. Куда бы он отправился, чтобы спокойно все обдумать?

Я замолчал и стал ждать ответа, искоса поглядывая на злившегося Дегармо. Через некоторое время мисс Фромсет как-то монотонно заговорила:

— Убегать или прятаться он бы не стал, потому что вины за ним нет. Но время для размышлений понадобиться ему могло.

— Куда бы он поехал? В какое-нибудь незнакомое место? — спросил я, вспомнив разговор в «Гранаде». — Или туда, где потише, поспокойнее?

Я оглянулся в поисках телефона.

— В спальне, — сказала мисс Фромсет, сразу поняв, что я ищу.

Я открыл дверь в конце комнаты. Дегармо вошел следом за мной. Спальня была цвета слоновой кости с блекло-розовым. Подушка на широкой тахте еще хранила отпечаток ее головы. На встроенном туалетном столике под зеркальными панелями поблескивала всевозможная косметика. Через открытую дверь виднелась вишневая облицовка ванной. Телефон стоял на тумбочке у тахты.

Я присел на край, погладил подушку в том месте, где была вмятина, и набрал номер междугородной. Попросив телефонистку срочно соединить меня с начальником полиции Пумьей Вершины Джимом Паттоном, я положил трубку и закурил. Дегармо, крутой, неутомимый, опасный, широко расставив ноги, смотрел на меня сверху вниз.

— Ну и что дальше? — буркнул он.

— Скоро увидите.

— Кто тут командует?

— Странный вопрос. Я, конечно, если вы не хотите, чтобы делом занялась полиция Лос-Анджелеса.

Он чиркнул спичкой по ногтю большого пальца и стал смотреть на огонек. Потом постарался издали затушить его долгим ровным дыханием, но пламя лишь трепетало. Выкинув спичку, он вынул другую, закусил ее и стал жевать. Телефон зазвонил:

— Пумью Вершину заказывали?

В трубке раздался сонный голос Паттона: