Шрифт:
— Настолько красивое, что ты готов играть со мной в любовь?
Синий взгляд обжег ее льдом, пламенем, страстью, ненавистью, Бог знает, чем еще, но Джуди не испугалась. Через мгновение Алессандро справился с собой.
— Бизнес превыше всего, детка. Если бы я думал иначе, я бы не стал тем, кем стал.
— Сандро… Пожалуйста, поговори со мной. Скажи мне то, что ты думаешь на самом деле!
— Я никогда и никому не говорю то, что думаю на самом деле.
— Значит, ты все время врешь?
— Не говорить правду и врать — разные вещи. Я никого не пускаю в свою душу.
— Даже Сержа? Тони?
— Они на меня работают. Я уверен в их профессионализме. В этом смысле я им доверяю, и очень многое доверяю, надо сказать.
— Но почему…
— Однажды я открыл свое сердце, Джу. Впустил в него одну барышню. Хочешь, расскажу, чем все это закончилось?
Она отвела взгляд первой. Потом Алессандро с легким смешком добавил:
— Ладно, спи. На сегодня потрясений достаточно. У тебя есть часов шесть, пользуйся.
— Звучит так, словно мы собираемся десантироваться в лагере противника.
— Не совсем, но вполне может статься, что отдыхать тебе там не придется.
Она вспыхнула, хотя очень хотела всего лишь презрительно усмехнуться. Потом на нее неожиданно навалилась усталость, такая огромная и тяжелая, что Джуди едва успела свернуться калачиком в удобном кресле, как заснула. Она уже не чувствовала, как Алессандро накрыл ее пледом, как осторожно отвел со лба растрепавшиеся пряди рыжих волос. Как наклонился и тихонько коснулся губами ее виска.
8
Она открыла глаза и убедилась, что все случившееся — не дурной сон, что она по-прежнему в самолете и что напротив нее сидит до отвращения свежий и прекрасный Алессандро Кастельфранко, чисто выбритый и переодевшийся в свои любимые джинсы, легкую джинсовую рубашку и светлые мокасины из оленьей кожи.
— С добрым утром, белиссима. Не смотри на меня таким диким взглядом, это все еще я, твой ночной кошмар. Примешь душ?
— Что?!
— Это такая штука с дырочками, из них льется вода…
— Не смейся. У меня ноги затекли. Послушай, мы уже прилетели?
— Нет, но скоро прилетим. Монте Адзурро покажется через полчаса.
— Что?! Мы сядем прямо на остров?!
— Не вижу ничего сверхъестественного. Там есть посадочная площадка. Большие лайнеры туда не поместятся, но мы — в самый раз.
— Я не могу появиться перед Спардзано в таком виде.
— Я предполагал нечто в этом роде. Не очень понимаю почему, но… В хвосте самолета душевая и гардеробная. Ты найдешь там все, что тебе угодно…
Джуди встала перед Алессандро, испепеляя его взглядом.
— Это уже второй раз за месяц!
— Прости, что именно?
— Второй раз за месяц ты распоряжаешься моими вещами! Ты подстроил все заранее, растленный ты тип…
— Тихо, тихо, легче на поворотах. Если ты о том, что я опять без тебя собрал твои вещи, так это не так. Там все абсолютно новое, все бирочки на месте.
Джуди, кипя от возмущения, прошествовала в ванную, начисто проигнорировав Сержа и Тони в соседнем салоне. Впрочем, душ действительно освежил ее, а персикового цвета льняное платье сидело на ней великолепно, так что на обратном пути Джуди решила простить и адвоката, и охранника, милостиво кивнув им.
Самолет совершил идеально мягкую посадку, и вскоре открытая «ланчиа» уже уносила Джуди и Алессандро Кастельфранко прочь от самолета. Тони последовал за ними, но Серж, к удивлению Джуди, только помахал им с трапа самолета.
— Он остается?
— Он летит дальше. Это у нас с тобой каникулы, а Сержу нужно работать.
— Боже, какая кругом красота! Ты был прав, это великолепное место.
— Хм.
— Ты… бывал здесь прежде?
— Только в детстве.
— На каникулы приезжал?
— Ну… да. На каникулы.
Напрасно прождав более подробных разъяснений, Джуди отвернулась и стала смотреть в окно. Красота острова завораживала, а когда дорога резко поднялась в гору и прямо под ними открылось море, молодая женщина вскрикнула от восторга:
— Какое великолепие! Он похож на драгоценный камень в оправе моря. А пляжи! Они совершенно пустые!
— Здесь никого нет, даже местных жителей. Причалить к берегу можно только в одной гавани, там Спардзано построил хорошую пристань. Хорошую в том смысле, что ее хорошо охраняют.