— Вам следует сделать небольшую наценку, милая, учитывая то, что придется торговаться. Некоторые покупатели просто не возьмут товар, если им не уступить в цене.

— Но ведь это несправедливо по отношению к тем, кто не собирается торговаться!

Ивор лишь пожал плечами.

— Так уж устроен мир, милая. Рынок есть рынок, нужно быть всегда готовым договориться о цене.

И с этой минуты Энни уже уступала, если видела в этом смысл. Она решила, что к следующему разу все-таки попросит Сару переписать ценники, немного завысив стоимость.

Энни продала еще несколько вещей к тому времени, как приехала Сиси с пластиковым пакетом. Ее преждевременно состарившееся лицо сияло от радости.

— Посмотри, что я нашла на распродаже подержанных вещей! — И с торжествующим видом она вытащила из сумки длинное голубое платье и приложила его к плечам. Оно было без рукавов, с усыпанным полудрагоценными камнями лифом и летящей полупрозрачной юбкой с подкладкой из тафты.

— Посмотри-ка на этикетку! Должно быть, оно стоило целое состояние.

Хотя этикетка ни о чем не говорила Энни. Она уже хотела сказать, что не представляет, чтобы кто-нибудь пожелал купить столь шикарную вещь здесь, на рынке, как вдруг к ним подошла какая-то хорошо одетая дама.

— А это платье продается?

— Ну конечно. — Сиси подмигнула Энни. — Пять фунтов, и оно ваше!

— Я его беру.

— Сиси! — ахнула Энни после того, как женщина удалилась, довольная своей покупкой. — Ты явно упустила свое призвание. Тебе следовало бы торговать на рынке. Я бы никогда не решилась столько попросить.

— Я получаю удовольствие от самого процесса. — Сиси была очень довольна собой, словно ей сделали изысканный комплимент. Она принялась перебирать одежду. Несмотря на протесты Энни, она настояла на том, что заплатит за шелковую блузку от «Марк и Спенсер». — Она подойдет ко всем моим костюмам, — заявила она.

Сиси повела Сару и Дэниела где-нибудь перекусить, и Энни осталась одна. Поскольку покупателей пока не было, а следовательно, уделять внимание было некому, она принялась разглядывать близлежащие прилавки. Рядом с ней какая-то пожилая женщина торговала симпатичными фарфоровыми безделушками. Энни улыбнулась, подумав, что, возможно, дождь сегодня и не пойдет. Напротив находился книжный киоск, крытый полосатым навесом из парусины, которому ненастная погода уж точно была ни по чем. «Я бы и сама не отказалась от такого тента, — решила Энни. — Да и фургон мне совсем не помешал бы. Как только заработаю достаточно денег…»

Вещи, разложенные на прилавке Ивора Хугеса, были больше похожи на хлам, чем на предметы старины. Но несмотря на это, у него шла бойкая торговля. К своему изумлению, Энни узнала бронзового льва, которого недавно обнаружила у себя дома на чердаке.

— И сколько же такой стоит? — поинтересовалась она.

— Восемь фунтов, — без промедления сказал Ивор. — Это очень редкий экземпляр, отсюда и цена. Я приобрел его у одного дворянина.

— Неужели? Ну, я подумаю.

— А вот и бабушка возвращается со своими внуками, — заметил Ивор.

— Он думает, что ты моя мать, — сказала Энни, когда Сиси подошла поближе.

Сара с Дэниелом радостно бежали рядом с ней вприпрыжку.

Взгляд Сиси вдруг стал задумчивым.

— Иногда мне хочется, чтобы это действительно было так, милая. Как ни странно, ты мне гораздо ближе, чем собственная дочь.

Две женщины стали перебирать одежду.

— У вас замечательный выбор, дорогая, — сказала одна из них. — Вы будете здесь на следующей неделе? Тут множество вещей, которые, возможно, понравятся моей дочери.

— Отныне я буду здесь каждую субботу, — пообещала Энни.

После того как женщины купили по блузке, Сиси предложила Энни немного прогуляться.

— Уже почти полдень. А ты, как я понимаю, на ногах с самого рассвета.

Энни помахала Барклей, увидев обоих супругов за фруктово-овощным прилавком.

Сид поднял кверху большие пальцы.

— Ну, как дела, милая? — крикнул он.

— Неплохо.

Они, похоже, были слишком заняты, чтобы оторваться от своего занятия и поговорить.

Энни подошла к прилавку с одеждой, где на двух стареньких столах в беспорядке лежал целый ворох разных вещей. К тому же на вид они были не совсем чистыми. Энни уже собиралась пойти дальше, как вдруг из-за прилавка послышался чей-то грубый голос, говорящий с протяжной интонацией.

— Ну и ну, неужели это Энни Харрисон?

Энни удивленно взглянула на высокую женщину, ростом почти шесть футов, с грубым морщинистым лицом и маленькими глазами. Ее каштановые волосы были коротко острижены. На ней была потрепанная кожаная куртка и джинсы.