— Что с тобой происходит? — однажды вечером спросила Сильвия, когда они, поужинав, убирали грязную посуду со стола.

— Что ты имеешь в виду? — огрызнулась Энни.

Сильвия с ужасом отпрянула, делая вид, что жутко испугалась.

— Ты перестала нормально разговаривать, чуть что — загораешься как спичка. На работе все в порядке?

— На работе все просто замечательно. Джереми Руперт — отличный босс.

— Ты ведь сейчас язвишь?

— Да, — резко ответила Энни, однако предпочла не рассказывать, что именно произошло. — Я оказалась в центре междоусобицы. Объясню, когда все закончится.

Решающий момент наступил в один из четвергов, спустя почти три недели после того, как она заехала мистеру Руперту по физиономии.

В то утро он диктовал ей длинный судебный приказ. Человека, который представлял истца, звали Грэхэм Карр.

— Как по буквам пишется его фамилия? — поинтересовалась Энни.

— К-а-р-р.

Текст документа оказался сложным, в нем было много юридических терминов. Приказ нужно было напечатать на очень толстой бумаге, получив в результате две машинописные копии, а это означало, что работать придется медленно, прилагая много усилий.

Когда Энни закончила, текст занимал целых три страницы, а на то, чтобы его напечатать, ушло целых два часа, однако в нем не было ни единой ошибки. Мистер Руперт отправился обедать, поэтому Энни положила выполненную работу ему на стол и быстро напечатала полдюжины писем на соискание вакансий, о которых она прочитала во вчерашней газете. Пять фирм, в которые она обратилась, уже ответили ей отказом.

Джереми Руперт вернулся в три. Спустя несколько минут он вразвалочку зашел в ее комнату и швырнул судебный приказ ей на стол.

— Ты неправильно написала фамилию. Нужно было написать Керр, К-Е-Р-Р, — прибавил он с презрительной усмешкой.

— Но вы продиктовали мне по-другому! — закричала Энни.

Она показала свой блокнот, открыв нужную страницу.

— Вот, видите!

— Ты не расслышала. Тебе придется напечатать это снова. И, если ты не против, я хотел бы получить исправленный вариант к пяти часам.

Он сделал это нарочно! Энни почувствовала, что сейчас разрыдается. Она полезла в ящик за бумагой.

— Давай, давай, пошевеливайся, девочка!

Мистер Руперт наблюдал за ней. У Энни задрожала челюсть. Она скорее умрет, чем позволит ему увидеть, как она плачет. То, о чем она сейчас подумала, было полнейшим абсурдом, однако ей ужасно хотелось иметь маму или папу, к которым она могла бы пойти, кого-то, кто погладил бы ее по голове и сказал, что ее босс самый скверный человек на земле и что она не обязана работать на него ни минутой дольше. Она так устала от одиночества.

— Мне нужно сходить в туалет, — резким тоном сказала Энни.

— И не забудь, документ мне нужен к пяти часам, — крикнул ей вслед мистер Руперт.

Она могла поклясться, что слышала, как он засмеялся.

Энни никогда бы не справилась с этим судебным приказом в срок. Уже сейчас ее руки дрожали. Просидев на унитазе десять минут, она решила, что нужно делать. Она подаст заявление об уходе и будет надеяться, что вскоре ей подвернется одна из вакантных должностей, которую она так долго искала.

Освежив под краном лицо, Энни пошла к мисс Хунт.

— Вы увольняетесь, мисс Харрисон? Но почему? — Длинная челюсть мисс Хунт отвисла от удивления.

— Думаю, на другой работе я буду чувствовать себя счастливее. — Говоря это, Энни не испытывала ни малейшего дискомфорта, словно ей и в голову не могло прийти, что она, возможно, каким-то образом подвела мисс Хунт. Ведь именно эта леди ходатайствовала о ее повышении.

— Счастливее? Но мне казалось, что вы были вполне счастливы на этой должности. Мы получали хвалебные отзывы о вашей работе от мистера Руперта. Даже мистер Грейсон не раз выражал удовольствие по поводу того, насколько успешно вы справляетесь со своими обязанностями.

— Я люблю свою работу, но… — Энни замешкалась, не зная, как лучше объяснить этой женщине, что сделал ее босс.

— Но что, мисс Харрисон?

— Мы с мистером Рупертом уже не ладим, как прежде.

Теперь угрюмый вид мисс Хунт сменился удивлением.

— Вы что, плакали? Ваши глаза покраснели от слез. — Она уже больше не казалась раздраженной.

Энни кивнула.

— Садитесь, мисс Харрисон, и расскажите мне об этом. — Мисс Хунт пододвинула ей стул. — У мистера Грейсона посетительница, так что нам никто не помешает.