Джек и не заметил, как возле него оказались Хирш и Шойбле. У обоих были слегка помяты физиономии, а Шойбле еще и шмыгал носом.

– Да что с тобой? – спросил его Хирш, осторожно поглядывая на генерала.

– Не знаю… Аллергия на крыс, наверное…

– Мы же далеко от них.

– Наверное, запоздалая реакция.

В этот момент над базой снова прошла пара истребителей – за генералом присматривали.

– Эх и красавцы! Нам их ночью очень не хватало, – заметил Шойбле. – Вы, кстати, пожрать не хотите?

– Да заткнись ты, – одернул его Хирш, поскольку генерал со всей свитой направлялся как раз в их сторону.

Джек спрятался за спину Хирша, надеясь, что его вовсе не заметят. Он приобрел этот навык в роте Хольмера, который часто повторял, что излишнее внимание начальства доставляет множество проблем, а инициатива начальства попросту опасна.

Генерал подошел совсем близко, так, что Джек заметил красноватые прожилки под глазами гостя. Должно быть, это была не первая его инспекция за утро и он устал.

– А вы, значит…

– Лейтенант Хирш, сэр! – гаркнул Хирш. – Командир неполного взвода!

– Очень хорошо, – улыбнулся генерал, пожимая лейтенанту руку.

– Старшина Шойбле, сэр! – представился Шойбле, делая шаг вперед и тоже удостаиваясь генеральского рукопожатия.

Джек, за спиной Хирша, проявлял малодушие, втайне надеясь, что его не хватятся, однако повисшая неловкая тишина свидетельствовала о том, что он обнаружен.

Пришлось выскакивать из-за спины командира эдаким молодцом и кричать, как его коллеги:

– Капрал Стентон, сэр!

– Вот ты, значит, какой, капрал Стентон! – весело произнес генерал, и все сдержанно засмеялись. – Ну спасибо вам, кавалерия, что помогли зенитчикам. Этой ночью здесь на счету был каждый ствол.

Генерал пожал Джеку руку и, повернувшись, пошел за Лефлером, который показывал дорогу к упавшему сфероиду.

Пока шло представление начальству, санитары закончили погрузку раненых, и платформа ушла к геликоптеру. Вскоре он поднялся и, вздымая пыль, пошел обратным курсом.

Мимо, едва волоча ноги, прошел фельдшер. Джек видел, как, войдя в ангар, он свалился на ближайший освободившийся спальник и сразу уснул.

– Ну и чего стоим? Кого ждем? – спросил Шойбле.

– А что мы должны делать? – спросил Хирш, недоуменно глядя на сержанта.

– А пожрать?

– Я вообще-то еще не выспался.

– И я тоже, – добавил Джек.

– Спать ночью будете, камрады. Давайте уже по-человечески покушаем.

– Лучше сначала помоемся, – предложил Хирш. – Разведчики вон душ наладили.

– Помоемся, конечно, – согласился Шойбле. – Но сначала покушаем, потом помоемся, а после душика – чайку с конфитюром.

– Черничного больше нет… – заметил Хирш и вздохнул.

– Черничного нет, зато есть яблочный, – возразил Шойбле.

– Я вот смотрю на тебя такого мелкого, Петер, и поражаюсь, куда в тебя столько входит? Ты ведь жрешь больше всех, а в толчок бегаешь не чаще других? Ты феномен, Петер.

– Просто я пожрать люблю.

Сбитая сфера долго сопротивлялась пленению, и инженерной команде пришлось пригнать от геликоптера платформу с множеством инструментов, а потом много часов трудиться, заводя петли и сплетая из тросов под сферой некое подобие корзины.

Джек, Хирш и Шойбле дважды ходили смотреть на все это, а солдаты из взвода охраны замучились таскать бригаде еду и воду.

Генерал живо участвовал в этом действии и не спешил убраться в геликоптер, где мог бы вздремнуть в пилотской каюте.

Не давала покоя и авиация прикрытия: пока генерал находился на базе, каждый час проходила пара истребителей.

После обеда к яме пришел помощник главного механика Марк и попросил пилотов прийти в ангар, где им представили отмытые машины с вычищенным оружием и полными арсеналами. Сержант заставил Джека забраться в «таргар», чтобы тот проверил, правильно ли перезарядили гранаты.

– Там ведь соединения-то нештатные, – заметил Ровер. – А мы такой работой раньше не занимались.

Джек проверил индикацию оружия. Все работало хорошо, заряженные гранаты «отзывались».

– Порядок, ребята! – сказал он, выбираясь из кабины. – Спасибо за работу!