– Да нет, сэр, тьфу… тут пыли столько… Нет, мы в порядке, что с нами случится?

– А почему волна закрыта? Опять на «корпоративке» тарахтели?

– Не тарахтели, сэр, приходили в себя и проводили перекличку… Извините, после случившегося у нас малость соображалка отключилась.

– Соображалка у них отключалась, – проворчал капитан Лефлер, но уже без прежнего напора. Видно было, что он рад видеть «кавалерию» невредимой, ведь противник охотился именно за ней.

Когда Джек с Шойбле тоже подошли к Лефлеру, легкий ветерок уже отнес пыль в сторону и можно было говорить, не сплевывая поминутно, как какие-нибудь верблюды.

Под ногами был мягкий, словно пух, грунт, а капитан Лефлер в свете фонаря выглядел как спасенный из-под завала шахтер.

Стоявший рядом Крафт смотрелся не лучше.

– Ну что же, рад вас всех видеть, – сказал капитан. – А то мы решили, что уже все. Здесь такой взрыв грохнул, что было похоже на прямое попадание…

– А что с ангарами? – спросил Хирш, оборачиваясь к постройкам, где метались огни фонарей.

– С ангарами хреново, но не со всеми. Главный устоял, а вот механический урезан наполовину…

– Как это?

– А так. Похоже, они применяли какие-то инженерные боеприпасы, но как им хотелось – не вышло. Крышу ангара как ножом срезало, и она улетела со взрывной волной.

– А, ну теперь понятно, – кивнул Джек. – Она через нас перелетала, и я ее за штурмовой корабль принял!

– Это был только один из кусков, еще один зенитчики изрешетили, когда он над плацем пролетал.

– А у нас тут зенитку уничтожили, – сказал Хирш, кивая в сторону уничтоженной позиции.

– Мы знаем. К счастью, кабина управления пострадала не сильно, там только двое раненых. Ну и среди взвода охраны тоже есть раненые. В основном те, кто был на постах…

С севера послышался шум турбин, и Хирш с Шойбле невольно дернулись в сторону своих машин.

– Это наши, я вызвал, чтобы прикрыли, – успокоил их Лефлер, и вскоре на небольшой высоте над ангарами прошла пара легких истребителей «Барракуда». Джек вспомнил, как они дрались, прикрывая их дискораму.

– А что, успели бы сбить, если бы чужие были? – спросил немногословный, как и всегда, Крафт.

– Успели бы, – кивнул Хирш. – Только у меня снаряды все вышли…

– А у меня осталось восемь штук, – добавил Шойбле. – Но это к автомату, а к штатной еще и побольше.

– Куда же вы все растратили? – слегка удивился Лефлер, и Джек заметил, что Хирш улыбается. В своем деле Лефлер был хорош, но кое в чем совсем не разбирался.

– Мы страховали зенитки, сэр. Они встречали противника на дальних подступах и били всех подряд, а мы только тех, кто угрожал нам или наверняка шел на бомбежку.

– Ну и попали в кого-нибудь?

– Вроде попадали, – пожал плечами Хирш.

– Вот и зенитчики говорят, что попадания были, однако ни одного подбитого летательного аппарата на территории базы нет…

Лефлер повел фонариком по сторонам, чтобы убедиться, что обломков вражеского бомбера действительно не видно.

– С другой стороны, бомбой в вас они промахнулись, значит, не зря вы по ним полосовали… Кстати, Стентон…

Капитан повел фонарем по запыленным машинам и остановился на «таргаре».

– Пусковые открыты, ракет нету! Ты что, из них по бомберам стрелял? У тебя же вроде там бронебойные ракеты были.

– Это гранатометы, сэр. Я стрельнул, когда мне показалось, что нам угрожает опасность.

– Ну… – Капитан хотел сказал в адрес Джека что-то воспитательное, но передумал. – Ну стрельнул и стрельнул, главное, что вы живы. Пойдемте, взглянем на воронку, вон сколько оттуда земли наворотило.

Пока группа брела по рыхлой земле, подсвечивая себе фонариками, над ними снова прошла пара истребителей.

Джек с благодарностью посмотрел им вслед и облегченно вздохнул. Все же приятно, когда о тебе заботятся.

– Так-так-так… – произнес капитан, когда они уперлись в небольшой отвал рыхлой земли метра полтора высотой. – Ну что, испачкаться не боимся?

– Нас этим уже не испугаешь, сэр, – заметил Крафт, который выглядел, как и Лефлер.

Они первыми стали карабкаться на насыпь, а Хирш, Шойбле и Джек двинулись следом, воспользовавшись натоптанной тропой.

Когда все вместе поднялись на гребень, лучи фонариков какое-то время шарили по развороченной яме и никто ничего не мог разобрать, но затем Лефлер заметил нечто особенное.