– Мы согласны!
– торопливо выкрикнули Тени, в спешном порядке отлетая от ал-тара и собираясь почему-то над головой Фаэса.

– Мне тоже нечего терять, - улыбнулся Ра-Кхкеол, ободряюще сжав мою безвольную ладонь.

– Куда вы, туда и я, - пожал плечами Риг Драмт, медленно подступая поближе к своему зловеще поблескивающему изобретению.

– Я свое пожил, - согласился с ним Родан и, перемигнувшись с Эрреем, неуместно хмыкнул.
– И вообще, если уж зашел такой разговор, то за возможность прибить Темного Жреца я бы многое отдал. А жизнь... что ж. Она у меня всего одна, но зато я могу распоряжаться ею так, как мне заблагорассудится.

– Ненормальные...
– ошеломленно пробормотала я, когда следом за Роданом бодро кивнул Дей.
– Вы все - точно ненормальные!

– Мы - Фантомы, - прошептал со спины "Гор", снова обнимая меня за плечи.
– А это многое значит.

Лин, лукаво улыбнувшись, проследил за тем, как я в полной прострации опускаюсь перед ним на корточки. Со странным выражением на усатой морде заглянул в мои глаза. Едва заметно улыбнулся, найдя там только безумную тревогу. После чего потянулся вперед и, едва не ткнувшись носом в мою щеку, едва слышно прошептал:

– Ты веришь мне, Гайдэ?

Я снова сглотнула.

– Конечно, Лин. Что ты задумал?

– Ты не хочешь видеть меня снова демоном, - беззвучно выдохнул он.
– И ты не можешь сделать меня снова ангелом. Но тогда в нашем мире осталась только одна единственная сила, способная остановить Жреца... ты. Только для этого тебе придется перестать быть собой. Ты не боишься?

– Я уже стала трупом, малыш, - грустно усмехнулась я.
– Думаешь, в этом мире осталось что-то, что способно меня напугать?

– Хорошо, - удовлетворенно отодвинулся кот, испытующе взглянув на мое лицо, которое, наверное, стало почти невидимым. И смотрел так долго, так пристально и остро, что у меня на миг что-то случилось со зрением. Показалось, что вместо кота я вижу перед собой кого-то совсем другого. Мудрого. Заботливого. Любящего... настоящего друга, который, как оказалось, на самом деле никуда не исчезал.

А потом откуда-то налетел порыв сильного ветра, едва не оторвавший меня от земли. Что-то испуганно закричал Риг. Кто-то попытался дернуть меня за ворот, но промахнулся и едва не упал. Почти сразу вокруг снова появилась какая-то нездоровая суета. Что-то загремело. Кто-то заорал несвоим голосом. После чего мои глаза в последний раз осветила яркая вспышка, и я успела разглядеть, как Лин с силой впивается когтями в мою грудь, как его туда буквально утягивает, заставляя растворяться, сливаться и странными образом менять мое бездыханное тело, а потом поняла причину этого и растерянно прошептала:

– Вот так и становятся Темными магами... боже, Лин! В кого ты собрался нас превратить?!

К несчастью, ситуация изменилась так быстро, что никто не успел отреагировать. Казалось, только-только Фантомы сгрудились вокруг умирающей Ишты, только-только что-то начало выясняться, из-за чего их лица исказились от отчаяния, а Темный Жрец победно улыбнулся. Но потом случилось что-то странное. Настолько непонятное, что даже Риг Драмт не успел отреагировать, а находящийся ближе всех Фаэс не сумел оттолкнуть сумасшедшего кота с груди переставшей дышать Гайдэ.

Пожалуй, только Георс и понял, что же в действительности происходит, после чего неверяще охнул, крикнул что-то неразборчивое, торопливо вскинул левую руку, засветившуюся неприятным зеленоватым огнем... но Лин повернул к нему страшновато исказившуюся морду, зловеще ухмыльнулся и, уже сливаясь с Иштой в единое целое, цапнул зубами первый попавшийся шар Голубого Огня. Почти в тот самый момент, когда с пальцем Жреца сорвалось смертоносное заклятие.

Что случилось потом, они уже не поняли: два взрыва прогремели почти одновременно. Сперва взорвался тот Огонь, который ухватил Лин, затем воспламенилась вся связка из двенадцати заряженных до упора шаров. Наконец, почти в ту же секунду ударило заклятие ал-тара, нацеленное на маленького кота и его мертвую хозяйку, после чего вся Степь содрогнулась до основания, болезненно застонав и скорчившись от сотрясшего ее взрыва.

Мгновением спустя по округе разлилось ядовитое марево, ломая магические щиты и чужие судьбы. Землю осветило на многие тысячи шагов. Ночь расцвета некрасивым синим цветком, от которого пошло нестерпимое сияние. А растерянных людей разбросало от места взрыва, как невесомые пушинки, надолго оглушив и придавив обрушившейся сверху ударной волной, и только после этого в израненной Степи воцарилась, наконец, тревожная тишина.

Когда Риг Драмт пришел в себя, снова было темно.

Открыв глаза, он вяло пошевелился, пытаясь оглядеться, и глубоко вздохнул, но тут же закашлялся от попавшей в рот пыли. После чего с трудом приподнялся, протер слезящиеся глаза и тщетно попытался рассмотреть в густом дыму хоть что-то. И лишь спустя пару синов, когда в голове прояснилось и вернулась память, смог сообразить, что произошло.

По его расчетам, в той связке, которую взорвал Лин, было двенадцать накачанных под завязку силой элементов Огня. Всего один такой шар способен закрыть приличный по размеру Прорыв и превратить окружающее его пространство в безжизненную пустыню. Причем, на огромной территории, как это случилось возле Айдовой Расщелины. Но тогда почему он жив? И что за надсадный кашель слышится совсем недалеко? Кажется, это очнулся Родан и теперь сдавленно ругается, силясь унять немилосердную головную боль?