– Ты свободен, - с тихим вздохом существо прикрыло глаза и, не слыша растерянного вскрика с земли, требовательно протянуло левую руку, на которой разноцветным огнем заполыхали многочисленные Знаки.

Темный Жрец удивленно отпрянул, когда на его груди откуда-то появилась и тут же слетела невесомая серебристая пыльца. Потом понимающе улыбнулся. Пошатнулся на широко расставленных ногах, подставил лицо невесть откуда налетевшему ветру и, как-то освобожденно расправив плечи, медленно растворился в воздухе, оказавшись тут же подхваченным маленьким смерчем и унесенным в неизведанные дали загадочно молчащей, таинственной и вездесущей Пустоты.

– Вот и все, - прошептала Ишта, поймав на ладонь несколько оставшихся от него пылинок.
– Абсолютная свобода всегда означает смерть, Игрок. Потому что, пока мы живы, всегда остаемся к чему-то привязанными: к своим, к чужим, к родителям, детям, друзьям или врагам... И только смерть освобождает нас об взятых на себя обязательств. Только у нее есть право дарить истинное забвение.

Под ошеломленными взглядами Теней она так же медленно повернулась и пристально посмотрела на растерянных людей.

– Непорядок, - скупо заметила, обнаружив рядом с собой пятерых мертвых.
– Раз уж назвались живыми, то и будьте теми, кем положено. Хватит разрываться на части.

Под тяжелым взглядом Ишты Тени задрожали, задергались, заметались, будучи не в силах выдержать ее пристального внимания. Но потом растерянно остановились и, внезапно вернув себе плоть, с непривычки тяжело рухнули на землю.

– Гайдэ!
– возмущенно вскинулся Бер, отплевываясь от попавшей в рот пыли.
– Бессовестная! Хоть бы предупредила!

Потом он сел, поморщившись от набухающей на лбу шишки, торопливо себя оглядел и, негодующе погрозив кулаком, возмутился снова:

– А где одежда?! И доспехи?! В прошлый раз мы вернулись такими же, какими себя помнили! Или ты хочешь, чтобы я до города нагишом бежал?! Через всю Степь?! Или невиронцев пугал своей голой задницей, надеясь, что они от этого впадут в неоправданный восторг?!

Ишта равнодушно отвернулась.

– Заткнись, Бер, - вполголоса посоветовал брату Ас, машинально ощупывая свое новое тело.
– Ей сейчас не до нас. Ван, ты живой?

– Как ни странно, да, - задумчиво отозвался Сапфир, внимательно изучая свои голые коленки.
– Даже шрамы все на месте, чего я вообще не ожидал. Гор?

– Я тут, - странным голосом сообщил Адамант, заставив братьев дружно обернуться.
– Причем, ТОЛЬКО я, если вы понимаете, что я имею в виду.

– Чего?!
– озадачился Бер, принявшись рыскать по Степи в поисках призрачного побратима.
– А где твой... Айд меня задери! Что она делает?!

Бывшие Тени дружно посмотрели в указанную Изумрудом сторону и непонимающе нахмурились, увидев, как Гайдэ, низко наклонившись, с теплой улыбкой протягивает руку застывшему в полнейшей растерянности полу-демону. После чего аккуратно проводит кончиками пальцев по его груди и неслышно шепчет:

– Кажется, пора восстановить справедливость. Столько времени прошло, а ты до сих пор без имени... мне кажется, это неправильно, брат. И, как мне кажется, сейчас ты гораздо более живой, чем некоторые. Поэтому я возвращаю тебе право на жизнь. Но, в то же время, не отнимаю и права на смерть. Выбор за тобой. Единственное, что мне хотелось бы сделать, это дать тебе настоящее имя... не возражаешь?

Призрак бестрепетно выдержал ее взгляд и покачал головой.

– Ас у нас уже есть...- с новой улыбкой обронила она.
– Бер... Ван... Гор... дальше по алфавиту идет замечательная буква "Д", поэтому я назову тебя... "Дем". Это - ровно половина от слова "демон", которым ты в действительности являешься. Согласен?

Он судорожно кивнул и вдруг порывисто схватил неестественно большую руку, стараясь то ли задержать, то ли, наоборот, оттолкнуть. При этом лицо его странно исказилось, подернулось плотной дымкой, а затем приобрело совсем новые черты, которых он никогда и никому не показывал.

– Гайдэ... подожди... пожалуйста, останься! Я знаю, что спрашивать об этом нелепо, но... что с тобой будет? Куда ты пойдешь? Кем станешь?!

– Еще не знаю, но мне уже пора, - осторожно отстранившись, Ишта выпрямилась.
– Наше с Лином время действительно истекло. Со Жрецом мы разобрались. Я вернула вам то, что обещала. Союз больше не нуждается ни во мне, ни в моих способностях. Мои Хранители вернулись к себе. Звери и птицы тоже покидают Степь... я чувствую... вижу... точно так же, как вижу готовящиеся порталы, которые сюда скоро откроют валлионцы. Они не должны понять, что произошло. И Церковь не должна пострадать из-за того, что ее глава оказался не самым благопристойным прихожанином.

– Гайдэ, а как же Фаэс?
– внезапно спросил Бер, в какой-то отчаянной надежде уставившись на ее лицо.

Ишта всмотрелась куда-то вдаль, за пределы видимости. Куда-то в сторону от потухшей воронки, за пределами которой осталось трое смертных, один эар и... еще один человек, который рискнул сегодня всем ради того, чтобы спасти свой мир и тех, в кого верил. Человек, взглянув на которого через темноту, она несильно вздрогнула. После чего быстро отвернулась и, сжав левую руку в кулак, слишком уж поспешно ответила: