Что меня особенно порадовало, так это то, что Лин сумел сохранить свои великолепные крылья. Еще у него остался прежним янтарный цвет глаз, в глубине которых теперь нередко появлялись опасные багровые искорки; бархатистый голос, которым я давно восхищалась; и удивительная способность меняться, как ему заблагорассудится.

Правда, сейчас, оказавшись в Пустоте и абсолютном безвременье, мне было абсолютно все равно, как он выглядит. Белый или черный, крылатый или нет, человек или зверь... я странным образом знала, что мы стали другими. Ближе, чем кто бы то ни было. Роднее, чем даже кровные родственники. Хотя, наверное, после того, что случилось, этому не стоит удивляться. Ведь совсем недавно я была им, а он неожиданно согласился стать мной. И это обстоятельство не изменилось даже сейчас, когда мы сидели по отдельности, при этом оставаясь прочно связанными невидимой, но невероятно прочной нитью. Я безошибочно чувствовала его. Он, как никто, понимал меня. Мы оба слышали отголоски чужих эмоций, и это было гораздо важнее, чем моя апатия или его изменчивая внешность.

Надо сказать, что с тех пор, как наши души оказались вместе, мы почти не разговаривали. Но в этом не было необходимости: мы понимали друг друга не просто с полуслова, а с одной единственной мысли. И, бывало отвечали на незаданный вопрос еще до того, как он оформится у одного из нас в голове. Причем, так, что иногда даже трудно было понять, кто же на самом деле спрашивал.

Сказать, что меня это пугало - нет. Хотя на данный момент, пожалуй, не было ничего, что могло бы вызвать во мне какую-нибудь сложную эмоцию: Тень влияла на нас обоих абсолютно так же, как и раньше. Поэтому мы просто молчали, вместе наблюдали за сменой восходов и закатов, и так же вместе закрывали глаза, черпая друг в друге силы для того, чтобы пережить еще одни бесконечно долгий день.

Однако сегодня наше уединение решили бесцеремонно нарушить: в тот момент, когда я только собралась подремать, прислонившись к плечу своего ангела-хранителя, пространство над озером сухо затрещало. После чего его довольно грубо разорвали чужие мускулистые руки, и на поляну уверенно шагнул рогатый чернокрылый гигант с красивым, но чересчур подвижным лицом и улыбкой садиста-маньяка, наметившего себе новую жертву.

– Очень хорошо, - приглушенно рыкнул он, завидев нас, сидящих бок о бок возле большого валуна.
– Жаль, что я не сразу вспомнил, где ты отбывал свое наказание, а то явился бы раньше.

Я вяло удивилась (надо же, какая честь!), но не пошевелилась. Просто не видела смысла: в этом месте, созданном нашим общим желанием и стараниями Лина, мы могли ощущать себя в безопасности даже рядом с таким неприятным собеседником.

– Неплохо устроились, - усмехнулся Мертвый Бог, мельком оглядев наше новое место жительства.
– Много сил потратили? Хотя не надо, не отвечайте - и так вижу, что прилично.

– Что тебе нужно?
– слегка нахмурившись, задал Лин крутящийся в моей голове вопрос.

– Ничего особенного. Просто поговорить.

– Говори, - без особого интереса согласилась я, пристроив голову на плече у друга поудобнее. Он в ответ бережно прикрыл меня крылом... тем, которое было таким же черным, как у стоящего напротив бога... но на всякий случай незаметно отрастил когти, острые зубы, которые спрятал за истончившимися губами, и длинный шипастый хвост, в котором яду, надо полагать, было побольше, чем у него в душе когда-то.

Айд на это только хмыкнул.

– Ишь, какие смелые стали...

– Вашими стараниями, - мы с Лином одновременно пожали плечами и равнодушно отвернулись.
– Ты же не думал, что мы после всего случившегося останемся прежними?

– Нет, - на удивление легко согласился Владыка Ночи.
– Даже напротив - я этому рад, потому что теперь мы, наконец, сможем поговорить без лишних эмоций... кстати, что-то он сегодня опаздывает... Брат?

Голос Айда неожиданно стал еще более глубоким и словно бы... всеобъемлющим. Таким, что вибрации от него сперва тяжелыми волнами разошлись по поляне, а потом убежали куда-то бесконечно далеко, настойчиво тревожа ткань мироздания. Правда, это продолжало недолго: не успел в моей голове сформироваться новый вопрос, как пространство рядом с Богом снова заискрилось, и мгновением спустя на поляну ступил еще один гигант. Белокрылый. Но при этом так поразительно похожий на Айда и на огромную статую в храме Нора, что я, наконец, удивилась по-настоящему.

– Брат?
– переспросила невольно, внимательно изучая Богов. Но никакой ошибки не было: Они были похожи, как близнецы. Только один мрачноватый, зловещий и чернокожий, а второй весь из себя мягкий, белый и пушистый. Причем, настолько нарочито это было подчеркнуто, что, наверное, в действительности оба впечатления были одинаково ошибочны.
– Что ж, это многое объясняет. Кроме, пожалуй, одного: что вам здесь надо?

– Мы хотим закончить Игру, - благостно улыбнулся Аллар, по-отечески мягко глядя на меня своими золотыми глазами.
– А без тебя Она будет неполноценной.