Я беззвучно ругнулась, обнаружив на себе вместо привычной одежды нежнейшую ткань вечернего платья. Неверяще перебрала белоснежные складки. Совершенно нелепо подняла руки, чтобы убедиться в том, что длинные, абсолютно нефункциональные, но зато безумно красивые рукава мне не примерещились. Наконец, осторожно пощупала невесть откуда взявшуюся прическу. Тихо ругнулась снова, выразительно погрозив пустоте кулаком. Но потом пришла к выводу, что хуже быть все равно не может, и, резко выпрямившись, аккуратно постучала по косяку костяшками пальцев.

Дескать, тук-тук. Кто-нибудь дома есть?

– Я велел меня не беспокоить!
– с неподдельной яростью прорычали из кресла, и в мою сторону с огромной скоростью полетела полупустая бутылка.
– Вон отсюда! И чтоб я больше никого здесь не видел!

Пролетев несколько метров, бедная посудила с жалобным звоном ударилась в стену. Что-то шумно плеснуло. На безупречно белой стене появилось безобразное пятно, а на пол посыпались многочисленные осколки, едва не испортив мои новые туфли.

По комнате поплыл густой аромат хорошего вина.

Неловко помявшись, я неуверенно кашлянула.

– Простите, Ваше Величество... надеюсь, ко мне ваш приказ не относится?

– Гайдэ?!
– Эннар Второй в мгновение ока оказался на ногах. На этот раз - тщательно одетый, застегнутый на все пуговицы, аккуратный, подтянутый и собранный, как обычно.
– Как ты... откуда... нет! Конечно, не относится! Что ты тут делаешь?!

Я неловко улыбнулась, когда он порывисто качнулся навстречу, но почти сразу, словно вспомнив последствия прошлой попытки, спохватился и нерешительно застыл возле кресла, растерянно и, вместе с тем, с безумной надеждой изучая мое виноватое лицо.

– Мне показалось, мы не закончили разговор, сир, - сказала я, остановившись в дверях.
– Но я подумала, его не стоило продолжать в таком неказистом виде. Все-таки время Фантома прошло. Настала пора вернуться леди. Поэтому я переоделась и прошу у вас прощения за эту... досадную задержку.

Его Величество странно промолчал. Но сейчас мне, по крайней мере, уже не было больно. А ему, судя по всему, стало намного легче. Правда, от обоюдной тревоги это никак не спасало, но все равно - наш разговор начинался гораздо лучше, чем предыдущий.

– У меня возникло несколько вопросов, сир, - глубоко вздохнула я, рискнув посмотреть ему в глаза.
– Вы позволите их задать?

Король странно дрогнул и, стремительно вернув на лицо знакомое до боли бесстрастное выражение, настороженно кивнул.

– Конечно. Что ты хочешь узнать?

– В какой момент вы начали подозревать, что ал-тар - не тот, за кого себя выдает?

У Его Величества нервно дернулась щека.

– К сожалению, слишком поздно. Когда Фаэс передал, что он использовал против тебя Дабараэ.

– Вы говорите о том, что случилось во Дворце Четырех Владык?

Он едва заметно вздрогнул.

– Ты уже знаешь?

– Лин просветил, - бледно улыбнулась я, почему-то боясь, что на этом все и закончится.
– Но тогда в это трудно было поверить, потому что у господина Георса имелись очень веские доказательства, а его личина... надо признать, была почти совершенна.

– Это моя ошибка, - глухо уронил король, сжав кулаки.
– Не надо было поддаваться на уговоры. И верить ему, не поговорив с тобой, тоже не стоило. Но запись...

– Я ее видела, - тихо отозвалась я.
– Она сделана мастерски - комар носа не подточит. И никаких следов после Дабараэ в комнате тоже не осталось: Его Высокопреосвященство тщательно позаботился о том, чтобы даже скароны ничего не заподозрили. Кажется, он ОЧЕНЬ хотел, чтобы мы с вами поссорились.

Эннар Второй недобро сузил глаза.

– Мы иногда менялись с ним ролями. Ненадолго. Когда этого требовали государственные интересы. И у меня ни разу не было повода в чем-то его упрекнуть. Но когда оказалось, что Георс впервые в жизни открыто солгал... когда Фаэс сообщил, что он осознанно на тебя напал... когда я понял причину, по которой ты оказалась в Степи и едва не погибла...

– Амулет, - вздрогнула я.
– Вы слышали все, что там происходило...

– Ты пела, - почти беззвучно прошептал король, с болью посмотрев на мое побледневшее лицо.
– Я слышал это, но не понимал причины. Из амулета тогда доносилось два голоса... вернее, мне показалось, что их именно ДВА... вот только, не зная о том, что случилось во Дворце, я едва не решил, что Гай собирается тебя... прости, убить... поэтому и велел своим отыскать его любой ценой. Живым или мертвым. Где угодно. В любое время дня и ночи доставить ко мне. Я... мне показалось, я больше никогда тебя не увижу. Особенно после того, как из Степи привезли амулет, покрытый твоей кровью.