Уж теперь-то она совершенно неуместна, говорила я себе по дороге в Сентевилль, хозяин которого проявил столь трогательную заботу, прислав за мной карету в отсутствие поездов.

Мы быстро миновали улицы города и выехали в поле. Начинало темнеть.

— Отсюда далеко до замка? — поинтересовалась я.

— Я быстро домчу вас, мадемуазель. Мы будем на месте уже через час или чуть больше. Правда, дороги нынче разбиты. Все из-за этих дождей.

— А на железной дороге часто возникают поломки?

— На пригородной ветке довольно часто. Не то что на парижской линии.

— Ясно.

Мы были в пути уже около получаса, когда карета внезапно дернулась и остановилась.

Возница сошел на землю и принялся стучать кнутовищем по колесам. Я пыталась сквозь стекло рассмотреть, что происходит снаружи, но отсюда мало что было видно. Чуть позже должен взойти месяц, но он еще даже не появился над горизонтом, и было еще недостаточно темно, чтобы засверкали звезды.

Возница подошел к окну кареты. Вид у него был обеспокоенный.

— Мы застряли в колее, — сообщил он. — Мне не нравится, как выглядит правое переднее колесо.

— Где мы?

— Я хорошо знаю эти места. До замка около пяти миль.

— Пять миль? Это совсем недалеко.

— Тут рядом лесок… охотничьи угодья барона. И еще дом. Вы могли бы там обождать, пока я схожу за колесным мастером.

— Так, значит, деревня недалеко?

— Совсем рядом. Я знаю эти места как свои пять пальцев. Не стоит беспокоиться.

Еще одно происшествие! — подумала я. — И снова экипаж! Похоже, экипажи меня не жалуют.

— Если вы соизволите выйти, мадемуазель, я провожу вас в дом. После этого схожу в замок. Было бы славно, если бы они прислали другой экипаж. Да, так было бы лучше всего. Вам помочь, мадемуазель?

Он помог мне спуститься на землю. Миниатюру я, конечно же, взяла с собой. За дорогой я увидела лес, о котором он говорил. Среди деревьев виднелся дом. В одном из его окон горел свет.

Возница постучал в дверь, которую тут же отворила пухлая женщина со свечой в руке.

— Mon Dieu! — воскликнула она. — Неужели это ты, Жак Пети?

— Да, Марта, всего-навсего старина Жак. Со мной тут юная леди, художница. У нас поломался экипаж. Треснуло правое переднее колесо, и ехать на нем дальше небезопасно. Я хотел было сходить за колесным мастером, но потом решил оставить все как есть до утра. Если ты присмотришь за леди, я возьму одну из лошадей и поскачу в замок. Тогда они пришлют за ней другую карету.

— Что ж, пусть леди входит. Ни к чему ей стоять на дворе. Что она о нас подумает?

Женщина была весьма дородной, с широкими бедрами и большим бюстом. На лифе опрятного черного платья желтели янтарные бусы. Седеющие волосы зачесаны назад и завязаны внушительным узлом на затылке.

— Входите же! — проговорила она. — Господи ты Боже мой, неужели Жак Пети не мог позаботиться о колесах заранее! Ведь с ним это уже не впервой. Вам не холодно?

— Нет-нет, спасибо, не беспокойтесь.

— У меня по вечерам всегда горит камин. Так уютнее.

Над огнем висел котелок, в котором кипело что-то аппетитное.

— Вы располагайтесь поудобнее. У него уйдет не меньше часа на то, чтобы добраться до замка.

— Нам повезло, что это случилось именно здесь, — заметила я.

— И в самом деле, повезло. Я как раз собиралась перекусить. Вы составите мне компанию? Меня зовут Марта Буре. Я уже много лет смотрю за этим домом. Сейчас он почти что пустует, но когда-то хозяева много охотились. Я помню, как сюда приезжал еще старый барон. Но сейчас… видите ли, замок совсем близко, всего в пяти милях отсюда или около того, и никто не желает оставаться здесь на ночь. Хотя когда нынешний барон был мальчиком, он частенько тут ночевал. Ему нравилось. Он и друзей сюда привозил. Я хорошо помню те деньки… У меня очень скромный ужин. Всего лишь pot au feu [15] . — Она кивнула в сторону котелка над огнем. — Я ведь не ждала гостей… но еще есть хлеб, хороший сыр и вино. Оно из подвалов замка, так что могу вам смело его рекомендовать.

— Спасибо, — ответила я. — Вы очень добры.

— Похоже, что вас еще не скоро покормят. Я быстро, только накрою стол.

— Вы здесь живете совсем одна?

— Сейчас — да. Моя обязанность — поддерживать все в жилом состоянии. Это мой собственный домик. Он примыкает к основному строению. Из деревни приходят девушки, помогают мне. Мы справляемся.

— Понятно.

— Это у вас тот самый портрет?

— Да.

— Давайте я отложу его в сторону, от греха подальше. Говорят, барону не терпится поскорее взглянуть на него.