Пожимаю плечами — что тут еще скажешь?

Деймен чуть кривит губы, неторопливо раскачивает качели.

— Я знаю.

Что-что? Я не ослышалась?

Деймен придвигается ближе, почти касаясь меня коленями.

— Ава мне рассказала.

Я так резко спрыгиваю с качелей, что цепочки, на которых подвешено сиденье, перекручиваются до самого верха. Затем медленно, с жутким глухим лязганьем, начинают раскручиваться. Едва держась на ногах, разглядываю Деймена, будто впервые его вижу.

И он еще уверяет, что любил меня много жизней подряд? Как он мог общаться с Авой, рисковать двойняшками, предать меня!

А он смотрит без капли смущения.

— Успокойся, Эвер! Все не так, как ты думаешь.

Стиснув губы, отвожу глаза. Где-то я это уже слышала… Ах да, конечно, от Авы. Ее любимая фразочка. Неужели Деймен купился?

— Она сама узнала об этом из Хроник Акаши. А сегодня я тоже увидел, когда искал способ, как тебе помочь, — жаль, не нашел. Ава сразу начала готовить дом к переезду двойняшек, только ждала удобного момента, чтобы им сказать. Хоть я ей и поверил, не мог поначалу решить, как для них будет лучше, поэтому сегодня спросил в залах учености, как поступить, и мне показали всю историю. Девчонки сейчас у нее.

— Ясно… Значит, Ава уже хорошая, двойняшки переехали к ней, и нам ничто не мешает быть вместе.

Пробую рассмеяться, только не очень получается.

Деймен смотрит на меня, наклонив голову к плечу.

— Вместе, говоришь?

Я вздыхаю. Деваться некуда, надо объяснять.

Снова плюхаюсь на качели, вцепившись в толстую металлическую цепь.

— Сегодня… В Летней стране… Там было совсем не то, что ты подумал. Я хотела объяснить… И вообще рассказать, что происходит… Но ты так быстро исчез!

Прикусив губу, отвожу глаза.

— Так объясни сейчас. Вот он я, весь внимание.

Голос Деймена сух и формален. Мое сердце разбивается на миллион зазубренных осколков, а он сидит рядом, такой красивый, такой сильный, такой правильный. Любой ценой хочет поступить так, как должно.

Мне хочется обнять его, прижаться покрепче и все наконец объяснить. И не могу — я вновь заложница чудовища.

Будто со стороны слышу свой голос:

— Ничего там такого не было. Серьезно. Я сделала это ради нас, как бы ни казалось странным со стороны.

Деймен смотрит на меня с такой любовью, что мне становится стыдно.

— Скажи, ты добилась того, что хотела?

Вопрос многослойный, о его истинном смысле можно только гадать.

У меня потеют ладони. Стараюсь не дрогнуть под внимательным взглядом темных глаз.

— Ты же знаешь, я ужасно мучилась из-за того, что чуть не покалечила Джуда… И вот я подумала: может, в Летней стране он исцелится и…

— И?

В голосе Деймена шестисотлетнее терпение. А если оно однажды все-таки лопнет?

— И…

Ужас как хочу рассказать, что со мной происходит, но не могу! И так едва держусь, темная магия одолевает меня. Дергаю декоративные черепаховые пуговки на свитере, нервно встряхиваю головой.

— И все! Серьезно, ничего больше. Я надеялась, что Джуд исцелится, и он исцелился.

Деймен смотрит на меня очень спокойно, как будто и в самом деле понимает. Да он и правда понял куда больше моих сбивчивых слов. Слишком даже хорошо понял.

— Ну, раз уж мы там оказались, пошли немного прогуляться, а он, едва увидел залы учености, сразу бросился туда… Остальное, как говорится, уже история,

Наши взгляды встречаются. Мы оба прекрасно сознаем, какая ирония заключена в произнесенном мною слове.

— Ты пошла с ним вместе? В залы учености?

Глаза Деймена прищурены, словно он уже знает, что меня туда не впустили, и только хочет заставить меня признаться.

Делаю глубокий вдох и небрежным жестом отвожу волосы с лица.

— Нет, я…

Не рассказать ли ему о своем путешествии на ничейную землю? Нет, лучше не надо. Возможно, то было всего лишь отражение моего внутреннего состояния.

— В общем, я решила подождать его снаружи. Мне было скучно, я хотела вернуться, только боялась, как бы Джуд не заблудился по дороге домой.

Киваю весьма энергично и совсем не убедительно.

Мы с Дейменом оба знаем, что я вру, причем получается у меня еще хуже, чем обычно. Он пожимает плечами, словно подводя итог разговору, и я почему-то чувствую себя разочарованной. Оставалась крошечная надежда, что Деймен придумает способ вытянуть из меня правду, а он молчит. В конце концов я отворачиваюсь.