– Они заметят, если ее не будет на алтаре! – озабоченно проговорил Воронов.

– Что же делать?

Леонид поднял с пола несколько старых мешков и бросился к лестнице, которая вела с галереи в нижнюю часть зала.

Они подбежали к алтарю. Первым делом Вероника схватила табакерку, открыла ее потайное отделение и положила в него ключ. Покончив с этим, она сдернула шелковое покрывало.

Юлия лежала на алтаре, раскинув руки. Лицо ее было безмятежно, пустые глаза смотрели в потолок.

– Вставай! – окликнула ее Вероника. – Вставай скорее! Они сейчас вернутся!

На лице Юлии не шевельнулся ни один мускул, она лежала неподвижно, как восковая фигура.

– Да вставай же! – Вероника несколько раз ударила Юлию по щекам. Голова девушки от пощечин перекатывалась из стороны в сторону, но она по-прежнему не подавала признаков жизни.

Воронов стоял чуть в стороне с охапкой мешков в руках и озабоченно оглядывался.

– Скорее! – проговорил он. – Они могут вернуться в любой момент!

– А то я не знаю! – огрызнулась Вероника. – Лучше бы помог чем-нибудь, чем говорить под руку!

Воронов пожал плечами: в этой ситуации он ничем не мог помочь, все его знания были бесполезны.

Вероника схватила Юлию за руку, встряхнула. При этом рука разжалась, и из нее выпала булавка. Та самая булавка, которая уже столько раз выручала девушек! Вспомнив, как она действовала прежде, Вероника схватила булавку и уколола Юлию в руку. Та дернулась, приподнялась на алтаре и проговорила:

– Больно!

– Слава богу, ожила! – обрадовалась Вероника.

Но Юлия тут же вновь упала всем телом на алтарь и улеглась, как прежде. Вероника уколола ее вторично, но на этот раз Юлия даже не шевельнулась.

– Что делать?

Вероника в панике попыталась поднять Юлию, но та оказалась ужасно тяжелой. Живой человек так себя не ведет.

– Ничего не выйдет, – сказал Воронов, – она в глубоком трансе, и вывести ее из этого состояния может только тот, кто ее туда погрузил. Он закодировал ее каким-то словом или фразой...

– Фразой?! – перебила его Вероника, быстро нагнулась к Юлии и проговорила: – Кошка гуляет сама по себе!

Юлия мгновенно открыла глаза, и взгляд ее оказался вполне осмысленным.

– Где это мы? – спросила она, поднимаясь. – Мне снился такой странный сон...

– Потом расскажешь! – Вероника помогла ей спуститься с алтаря, Воронов бросил на него груду мешков, разложил их поровнее и накрыл шелковым покрывалом. Теперь со стороны могло показаться, что под ним лежит человек.

Они хотели уже покинуть зал, но в это время позади алтаря со скрипом отворилась неприметная дверь.

Убегать было поздно. Тогда Вероника втащила Юлию в углубление под алтарем, прикрытое свисавшим краем покрывала. Воронов же опустил на лицо капюшон и сел в одно из черных кресел.

Дверь позади алтаря широко открылась, и в святилище один за другим вошли несколько человек в черных плащах с опущенными на лица капюшонами. Впереди всех шла женщина. Она остановилась перед алтарем, остальные расселись в креслах. Один из мужчин встал чуть в стороне, возле большого медного гонга, установленного на треножнике.

– Сегодня – не совсем обычное заседание нашей ложи! – проговорила женщина, повернувшись к своим сообщникам. – Наступил долгожданный миг! Мы овладели тайником, в котором хранится древняя святыня, мы получили также ключ от этого тайника. Таким образом, сегодня мы сможем провести Великий Ритуал!

При этих ее словах раздался гулкий и протяжный удар гонга, как бы подчеркивая важность сказанного.

Женщина сделала паузу, чтобы дать отзвенеть гонгу, а также чтобы присутствующие оценили ее слова, и продолжила:

– Брат Герман внес неоценимый вклад в наше общее дело. Он оказал нашей ложе, Великой Черной Ложе Севера, огромную услугу. Он сумел завладеть тайником, в котором хранится Священный Прах, он же привел и возложил на наш алтарь жертву, подходящую для Великого Ритуала. – Миледи показала на фигуру, скрытую шелковым покрывалом. – В знак нашей благодарности мы доверяем брату Герману высокую честь – лично участвовать в ритуале. Брат Герман, подойди к алтарю!

Один из зрителей поднялся и приблизился к Миледи.