Даниэль приблизился к разгоряченному Антону и что есть силы заехал ему по лицу. Тот мгновенно замолчал, осел на пол, тихо застонав и закрывая лицо руками, но уже текла кровь, просачиваясь сквозь пыльцы и заливая белый халат доктора неприятно раздражающим красным цветом.

Даниэль наклонился над ним и пощелкал пальцами.

– Пришел в себя? Кажется, я несколько перестарался, хоть и бил левой, сотрясение мозга гарантировано… Эй, эскулап хренов, ты хоть кивни, если въезжаешь! А то я сейчас в противовес правой вмажу!

Антон Алексеевич слабо кивнул, а Розалинда подумала, что никогда не видела таких больших и испуганных глаз.

– Так вот, Склифосовский, слушай внимательно. Это две дорогие мне женщины. Усек? Вижу, что усек. И если хоть один волос упадет с их голов, лично я, абсолютно психически здоровый человек, отверну тебе твою голову полностью. Понял? Или выбью мозги, и ты сам станешь пациентом, а уж об условиях я позабочусь. Ты сделаешь все, что от тебя потребуется! И Михаила выведешь из подвала, не то я пришлю сюда проверку, чтоб выяснили, кто и за что сидит у тебя в палатах. Понял?

Антон только кивал и противно булькал.

– Ты сломал ему нос? – поинтересовалась Ольга Игоревна.

– Думаю, больше пострадали зубы, – слегка пожал плечом Даниэль. – А незачем было их тут показывать! Ничего, теперь его пыл поугаснет. Пока к стоматологу походит, в себя придет… Так ведь, доктор? А вы, девочки, собирайтесь, мы уходим отсюда.

Роза вышла на улицу под руку с Даниэлем. Ольга Игоревна семенила следом.

– Вы так трогательно смотритесь, – заметила она им в спину.

– Ага, очень романтично: я спас ее из психушки, – улыбнулся Даниэль.

– А ведь и правда спас. Этот идиот действительно хотел меня там оставить, – покосилась на него Роза.

– Не волнуйся, не оставил бы. – Ольга Игоревна закурила. – Нет на то оснований. Не так-то это просто по нынешним временам! При Советах – другое дело. В подобном заведении сгноили бы и лауреата Нобелевской премии, если бы он пришелся не ко двору. Антон просто пугал тебя, моя девочка. А знаешь, почему?

– Почему? – спросила «девочка».

– Да потому что сам был напуган до чертиков!

– А ему чего бояться? – спросила Розалинда, подавляя приступ тошноты.

– Значит, что-то здесь не чисто, – заметила Ольга Игоревна, поднимая руку, чтобы поймать машину.

От Даниэля очень вкусно пахло дорогим парфюмом. Роза посмотрела в его темные глаза и поразилась – она впервые ощутила себя защищенной. Наверное, именно это чувство описывалось женщинами словами: «быть как за каменной стеной». Ее глаза словно спрашивали: «Ты не бросишь меня?» А его отвечали: «Никогда!»

Разливавшееся в душе Розалинды приятное чувство счастья нарушала только одна мысль – у нее скоро свадьба. Ой, а ведь она совсем забыла про сие торжественное событие, самое главное, как утверждают некоторые, в жизни женщины! Розалинде, как человеку ответственному, стало не по себе. Словно подзадоривая себя и его, она обратилась к Даниэлю:

– Отвези меня к моему жениху.

– Я отвезу тебя в любую точку земного шара, но только не к нему… Даже не проси.

– Почему?

– А ты не понимаешь?

– Но это же глупо, Даниэль. Мы знакомы всего ничего, а Славу я знаю всю жизнь.

– Я и не претендую на годы, что ты провела без меня, но хочу быть твоим будущим, – серьезно глядя на нее, ответил Даниэль.

Ольга Игоревна, уже поймавшая машину и сообщившая шоферу, что он получит приличное вознаграждение, сидела в салоне и усиленно делала вид, что ничего не видит, не слышит.

– Даниэль, ну правда, не смешно!

– А я смеюсь?

– Даниэль, ты и твоя мама ворвались в мою тихую, размеренную провинциальную жизнь, как… Как Дед Мороз со Снегурочкой в июле месяце! Я совершенно растеряна. Но я не ветреная особа! И хочу, чтобы ты понял: я выхожу замуж, и никто этому не сможет помешать.

– Хорошо, – несколько стушевался Даниэль. – Но лично я тебя к нему не повезу.

– Тогда отвезите меня к моей сестре. У меня есть к ней пара вопросов.

– Ладно, – согласился Даниэль.

Они сели в машину. Роза попросила открыть окно и впустить в салон струю свежего воздуха. Она назвала адрес Жасмин, и автомобиль тронулся.