— Да, — ответил он тихо, переводя взгляд с фотографий на меня.

Тут запищал мой телефон — очередное сообщение от Джейсона.

— Мне пора, — сообщил Адам и, указав на мою ссадину, сказал: — Помни, не тяни время и снова садись на велосипед!

— Учту, — откликнулась я.

Перед уходом он помахал наудачу сжатым кулаком с отставленным в сторону большим пальцем и вышел в коридор, насвистывая знакомую мелодию. Как только Адаму удается всегда сохранять веселое настроение?

Передо мной на столе лежали фотографии Мэгги, а рядом телефон с принятым сообщением от Джейсона. Знаю, я сама виновата в ссоре с Илаем, но, может быть, еще не поздно приобрести и другие воспоминания? Будут ли они печальными или, наоборот, вселят надежду — неизвестно, но в любом случае прибавят жизненного опыта. Немного помедлив, я взяла в руки телефон и отправила Джейсону сообщение, состоящее всего из одного слова: «Приду».

Вечером я застала Хайди на открытой веранде, где она внимательно изучала бескрайний океан. Даже через стеклянную дверь во всей ее фигуре чувствовалось напряжение: ссутулившиеся плечи, горестно склоненная голова. Услышав шаги, мачеха повернулась, и я увидела распухшие от слез глаза.

— Оден! — судорожно вздохнув, воскликнула она. — Я думала, ты придешь поздно, как обычно.

— Справилась с делами раньше. — Я бросила ключи в сумку. — Как ты?

— Я? Хорошо. — Хайди вошла в дом, закрывая за собой стеклянную дверь. — Просто задумалась.

Мы молча постояли с минуту, только с верхнего этажа доносился гул океанских волн.

— Ну… как прошел обед? — не выдержала я.

— Хорошо. — Она сглотнула комок в горле и прикусила губу. — Многое обсудили.

— И?

— И решили, что на время оставим все как есть.

— То есть папа остается в гостинице? — уточнила я, и Хайди кивнула в ответ. — Он не хочет возвращаться?

Подойдя вплотную, Хайди обняла меня за плечи:

— Твой отец… он считает, что сейчас будет больше мешать, чем помогать. Так что до пляжной вечеринки и вообще до конца лета мне лучше заняться собой и Фисбой.

— Как это — лучше? — возмутилась я. — Вы же — его семья!

Она опять закусила губу и устремила горестный взгляд на руки.

— Знаю, что это выглядит глупо.

— Вот именно!

— А я понимаю его решение, — продолжила она. — Твой папа и я… у нас случился головокружительный роман, потом скоропалительная свадьба. Я забеременела очень быстро… Теперь нам надо немного притормозить, сделать паузу.

— Так у вас только пауза, а не конечная остановка?

— Совершенно верно, — кивнула Хайди.

Звучит неубедительно! Зная отца и его излюбленные приемы, я давно поняла: если ситуация выходит из-под контроля, папа ни за что в игре не останется. Причем выйдет из нее с показным великодушием, будто делает одолжение, принося себя в жертву. Нет, он не отказывается от Хайди и Фисбы — просто облегчает им жизнь. И мою маму тоже бросил не из-за мелкой профессиональной зависти — всего лишь уступил дорогу к славе, к которой она так стремилась. И уж конечно, папа и не думал отрекаться от старшей дочери, то есть от меня, а только хочет научить самостоятельности и зрелости, которые так необходимы в мире инфантильных взрослых. Отец ни разу не садился на велосипед после падения. Упаси бог! Он даже не позволит себе ни разу упасть: одно неверное движение или намек на него, и папа благоразумно свернет к обочине и откажется от поездки, так и не испытав чувства свободного полета.

— Ну, хватит обо мне, — решила Хайди, садясь за стол. — Расскажи, как дела у тебя?

Я уселась напротив, не выпуская из рук сумки.

— Ну, кажется, у меня появился кавалер на вечеринку.

— Правда? — всплеснула руками мачеха. — Как славно!

— Да, Джейсон пригласил меня.

Хайди изумленно заморгала:

— Джейсон…

— Мой одноклассник, — объяснила я, но она по-прежнему смотрела на меня с удивлением. Тогда я взяла сотовый телефон и помахала перед лицом: — Ну, тот, который заваливал сообщениями.

— Тот парень, что «кинул» тебя на выпускном балу?

— Тот самый, — кивнула я.

— Но это же…

— Неправильно?

— Нет, я хотела сказать, история повторяется, — медленно протянула мачеха. — Значит, на пляжную вечеринку не пойдешь?

— Почему? Иду. Просто подумала, глупо упускать такой шанс.

— Действительно, — согласилась мачеха, перебирая рукой волосы. — Не так уж часто они выпадают.

Я кивнула, а в памяти возник образ Джейсона, встретившего меня широкой улыбкой за столиком в «Последнем шансе». За бургерами и жареными луковыми кольцами он рассказывал о значении конференции и о том, как она великолепно подготовлена. Как приятно слушать привычные речи! Словно время повернуло вспять и мы с Джейсоном сидим в школьной столовой и обсуждаем за обедом проблемы учебы. А когда, смущенно откашлявшись, он попросил разрешения задать важный вопрос, я знала, чего ждать, и с легкостью согласилась. Вот так! Легко и просто, как в славные школьные годы!

Рядом сидела Хайди и с отрешенным видом глядела в окно над плитой. Как же я неверно судила о мачехе по восторженным электронным письмам и модным нарядам, несправедливо считая ее пустоголовой куклой! Приехав сюда, считала себе самой большой умницей на свете и жестоко ошиблась!

— Хайди, — нарушила я тишину. — Можно тебя кое о чем спросить?

— Конечно.

— Несколько недель назад ты как-то обмолвилась, что моя мама не похожа на бессердечную стерву, — начала я. — Помнишь тот разговор?