— Ну, не обязательно, — обиженно буркнула я.

Хайди от смущения чуть не задохнулась.

— Ой, Оден, прости! Я не тебя имела и виду…

— Знаю-знаю. — Я вытянула руку, прерывая бесконечный поток извинений. — Просто делюсь опытом. На самом деле имя отнюдь не помеха в жизни. Вот и все!

Она кивнула и перевела ласковый взгляд на Фисбу.

— Что ж, ты меня успокоила.

— Слушай, если тебе не нравится имя, — предложила я, — называй ее Каролиной! В смысле…

— И кого тут будут называть Каролиной? — раздался за спиной голос отца.

Я подпрыгнула от неожиданности, а когда обернулась, увидела его на лестнице. Ага, значит, в этом доме привычка подкрадываться не только у меня.

— Ой, просто вспомнили о втором имени девочки… — начала я объяснять, но папа не дал мне договорить.

— Второе имя, говоришь, — повторил он. — Да, так и есть. Это Хайди настояла на Каролине. Я хотел назвать ее Фисба Андромеда.

Краешком глаза я заметила, как скривилась Хайди.

— Да? — удивилась я.

— Это яркое и звучное имя. — Для усиления эффекта папа ударил себя в грудь. — И сразу западает в душу! И у него нет глупых сокращений. Ты только подумай! Разве одно это не выделяет Фисбу среди безликой толпы? А теперь представь, если бы тебя назвали Эшли или Лизой, а не Оден, выросла бы ты такой умницей?

Честно говоря, я растерялась и не знала, что ответить. Неужели папа ждет, что я соглашусь с ним и признаю, что все мои достижения — лишь результат правильного выбора имени, а не итог кропотливых трудов?

К счастью, вопрос, как всегда, оказался риторическим. Папа не стал дожидаться ответа, а направился прямиком к холодильнику и достал баночку пива.

— По-моему, — вмешалась Хайди, — не имя красит человека, а совсем наоборот. Если Фисбе захочется остаться Фисбой, так тому и быть, но она имеет право называться Каролиной.

— Она никогда не станет Каролиной!

Папа с громким щелчком открыл банку пива.

Я с удивлением смотрела на отца, гадая, когда он успел превратиться в высокомерного сноба. Он ведь не был таким, когда жил со мной и мамой. А сегодня прямо-таки сразил наповал.

— Ой, Оден, — затараторила Хайди, подхватывая Фисбу с коврика и унося ее на кухню. — Я ведь не знаю твоего второго имени. Какое оно?

Не сводя задумчивого взгляда с отца, я четко произнесла:

— Пенелопа.

— Видишь? — обернулся папа к Хайди, будто имя что-то доказывает. — Наводит на возвышенные размышления, а главное, уникальное!

«Дурацкое имечко. Хуже не придумаешь!» — добавила я про себя.

— Как мило! — чересчур жизнерадостно воскликнула Хайди. — Понятия не имела, что у тебя такое прелестное второе имя!

Я промолчала, допила залпом кофе и поставила кружку в раковину под пристальным взглядом Хайди. Папа направился с пивом на террасу, а она, воспользовавшись моментом, собралась что-то сказать. Может, слова утешения? К счастью, в этот момент мачеху окликнул папа и поинтересовался, что она планирует приготовить на ужин.

— Ой, даже не знаю, дорогой, — торопливо запричитала Хайди, укладывая Фисбу в люльку, стоявшую на кухонном столе. Потом мачеха пристегнула малышку страховочными ремнями и, бросив на меня извиняющийся взгляд, вышла к отцу на террасу и елейным голосом опросила: — А что бы ты хотел, милый?

Минутку я постояла, наблюдая за отцом и мачехой, пока они любовались бескрайними просторами океана. Папа пил пиво, обняв Хайди за талию, а она все говорила и говорила, приникнув головой к плечу мужа. Вы и не представляете, как дороги минуты согласия в семье! А вот я теперь знаю.

На столе в люльке, размахивая руками и суча ножками, гукала сестричка. Я подошла и склонилась над ней. Малышка еще не умела фокусировать взгляд, поэтому казалось, что ее глазенки все время устремлены на ваш лоб.

Возможно, сестричке понравится имя Фисба и она не захочет называться Каролиной. Но, вспомнив упрямое выражение, застывшее на лице отца, уверенного в своей непогрешимости, я не удержалась и, наклонившись к крохотному ушку, шепнула только что придуманное имя, составленное из Фисбы и Изабель. Теперь только так и буду называть сестренку.

— Привет, Изби, — прошептала я. — Какая же ты красавица, Изби!

Когда целое лето живешь на берегу океана, легко привыкаешь к солнцу, жаре и горячему песку под ногами. Из головы совершенно вылетает, что где-то в мире идет дождь со снегом, а впереди маячит ненастная осень и студеная зима.

Через два дня после пресловутого спора об именах я в растерянности выглянула в окно, за которым стеной лил дождь, и через секунду вспомнила, что не прихватила с собой теплых вещей.