И навила эта нынешняя звезда программы “Золотой микрофон” и прочая лауреатка, призерка, вафлерка. Она думает, для Леньки главное – постоянно закреплять ее успех новыми клипами. Еще бы, при таком голосе девушке не на эстраде скакать перед зрителями, а за закрытой дверью сортира кричать “Занято”, даже если никто к ней в кабинку не ломится. Я-то понимаю, что хозяину “Карфагена” требуется. Исключительно потешить свое тщеславие. Не удивлюсь, если он во время какого-то фестиваля не выдержит, когда эта телка под фонограмму завоет, выскочит на сцену, отнимет у ведущего микрофон, уставится в телевизионную камеру и заорет: “Смотри, страна, кого я трахаю!”

Я себе такого не могу позволить. Вовсе не оттого, что моя жена за Снежаной охоту устроит, а по причине конспирации. Потому и не обращал особого внимания на щебетание подружки, однако стоило ей перейти от темы высокой моды к своей семейной жизни, как мои уши мгновенно превратились в высокочувствительные локаторы.

– Мой благоверный такой скандал закатил, – поведала Снежана. – Тарелку разбил. От сервиза. Каждый день одно и тоже. Сквалыга, выбирает посуду подешевле – и об пол.

– Представляю, что он при этом рассказывает…

– Не говори. И про развод, и о тебе.

– Интересно.

– Имущество, говорит, будем делить. Совместно нажитое.

– Да, вам явно адвокаты потребуются. Вы же почти целый месяц совместно наживали все. Как тут разделить нажитое, сам Плевако не рассудит.

– А еще каждый раз меня изводит. Жалко ему, что раньше от тебя не ушел. Его фирма стала давать большие доходы.

– Да, Костя не дурак.

– Зато тебя он только так именует.

– Серьезно?

– Честное слово. Говорит, этот дурак еще пожалеет, что со мной связался. Я ему даже морду бить не буду. Конкуренцией раздавлю, как…

– Как кого?

– Как таракашку, в лучшем виде, – процитировала Снежана.

– Пусть богатеет, – снисходительно бросаю в ответ вместо того, чтобы поклясться: приложу все силы, но фирму “Виртус” разорю, а ее директора пущу по улицам в одном исподнем. – Тебе же лучше. Начнете делиться, фирма пополам пойдет. Это я точно знаю. В общем, чем твой козлик рогатый больше намолотит, тем тебе выгодней.

– Да ну его. У меня ты есть.

– Не скажи, дорогая. Вдруг завтра со мной что случится? А у меня семья.

– Если случится, мне все равно.

– Глупости говоришь. Ты уже школу закончила, научись думать. В конце концов лишними бывают только болезни, а не деньги. Он действительно стал хорошо зарабатывать?

– Кричит: через год будут оборачивать сто миллионов в месяц. Но я его немного знаю. Он завтра может заявить, что уже двести миллионов вертит. Только трепаться может. Грекам тоже обещал – всех поубиваю. Потом сидел тихо. Как мышь полевая.

– Да, он, конечно, натворить может. Однако подскажу тебе одну идею. Даже если фирма по какой-то причине сгорит, твоя доля не пропадет. К сожалению, и его. Только причина должна быть объективной. Не как-нибудь.

– То есть? – отчего-то заинтересовалась только что бескорыстная Снежана.

Я прикурил специально сигарету, чтобы еще раз просчитать ситуацию, а затем ответил:

– Ему нужна страховка.

– Есть.

– Ты имеешь в виду, что фирма застрахована?

– Конечно. Он даже похвалялся, что у него такая крыша. Стоит пальцем пошевелить – и тебе голову снесут.

– Ну, раз он такой умный, значит сделал то, о чем я тебе хотел сказать.

– Что именно?

– Он же теперь самостоятельный человек. Бизнесмен. И не просто, а крутой. А по-настоящему крутой обязательно страхует торговый оборот. Причем не здесь, а за границей. Тем более, его фирма, как написано во всех рекламах, совместное предприятие.

– Как это сделать?

– Зачем тебе знать? Пусть у Кости голова болит.

– Она у него заболит. Если по ней дать бутылкой. Ты же сам говорил, что я должна научиться заботиться о себе.

– Это тебе нужно?

– Да.

– В таком случае, получи подарок. Прямо сейчас.

Выдвинув антенну телефона, который подслушать невозможно, я запросто связался с господином Лео Крамером.

– Ленька, ты где сейчас?

– В самолете, – ответил мой американский адвокат. – Лечу в Европу, как раз…

– Это пока неважно. Ты надолго?

– Целых два дня. Сам знаешь мое расписание. Сэр, как насчет прибавки?

– Сколько?

– Успокойся, я пошутил. У нас, американцев, здоровое чувство юмора.

– А у нас разговоры по телефону к вам втрое дороже, чем если бы ты набрал мой номер. Потому слушай… Секунду!

Я прикрыл мембрану рукой и спросил:

– Снежанка, а вдруг Костя не согласится?

– Я ему не соглашусь! – мгновенно показала зубки прелестная женщина, и с ходу стало ясно – несмотря на крутость Кости, она может повлиять на него с помощью элементарной логики или сложного агрегата под названием мясорубка. Только замахнется, Костя на четыре кости упадет. Лучше, чтобы до этого не дошло.