Шрифт:
– Приберег поцелуй для Ллойда? – спросил он.
Динни громко чмокнул его в обе щеки.
– У меня для тебя кое-что есть. – Ллойд достал из кармана пригоршню завернутых в фольгу «Хершис кисес».
Динни заверещал от радости и схватил конфеты.
– Йойд!
– Что, Динни?
– Почему от тебя пахнет, как от ведра с бензином?
Ллойд улыбнулся:
– Сжигал мусор, милый. Иди поиграй. Кто сегодня твоя мамуля?
– Анджелина. – В устах Динни это прозвучало как «Анджейина». – Потом опять Бонни. Я люблю Бонни. Но я люблю и Анджелину.
– Не говори ей, что Ллойд дал тебе конфеты. Анджелина отшлепает Ллойда.
Динни пообещал не говорить и убежал, смеясь, представляя себе, как Анджелина шлепает Ллойда по попке. Минуту-другую спустя, с набитым шоколадом ртом, он вновь командовал армией пластмассовых солдатиков на столе для игры в кости. Подошел Уитни в белом фартуке. Принес Ллойду два сандвича и бутылку «Хэммса».
– Спасибо, – поблагодарил Ллойд. – Выглядит отлично.
– Это домашний сирийский хлеб! – В голосе Уитни слышалась гордость.
Какое-то время Ллойд жевал.
– Кто-нибудь его видел? – наконец спросил он.
Кен покачал головой:
– Думаю, он отбыл.
Ллойд задумался. Снаружи донеслось громкое завывание сильного порыва ветра. Тот словно жаловался, что ему одиноко, что он потерялся в пустыне. Динни в тревоге поднял голову, но тут же вернулся к солдатикам.
– Я думаю, он где-то здесь, – озвучил свои мысли Ллойд. – Не знаю почему, но мне так кажется. Я думаю, он здесь, ждет, когда что-то случится. Я только не знаю, что именно.
– Ты думаешь, он узнал от нее что хотел? – тихим голосом спросил Уитни.
– Нет. – Ллойд смотрел на Динни. – Не думаю. Что-то пошло не так. Она… ей повезло, или она его перехитрила. Такое случается нечасто.
– По большому счету это не имеет значения, – сказал Кен, но выглядел он встревоженным.
– Не имеет. – Ллойд прислушался к ветру. – Может, он вернулся в Лос-Анджелес. – Но сам Ллойд так не думал, и это читалось на его лице.
Уитни прогулялся на кухню и принес всем еще по бутылке пива. Они пили молча, и мысли, которые их одолевали, были безрадостными. Сначала Судья, теперь эта женщина. Оба умерли. Ни один не сказал ни слова. И не остался целехоньким, как он приказывал. Словно «Янкиз» времен Мэнтла, Мейриса и Форда проиграли две первые игры Мировых серий. В такое верилось с трудом, и это пугало.
Ветер не утихал всю ночь.
Глава 63
Ближе к вечеру десятого сентября Динни играл в маленьком городском парке, примыкавшем с севера к району отелей и казино. Его «мама» на этой неделе, Анджелина Хиршфилд, сидела на скамье и болтала с юной девушкой, которая появилась в Лас-Вегасе пятью неделями раньше, примерно через десять дней после прихода самой Энджи.
Энджи Хиршфилд исполнилось двадцать семь. Ее собеседница, лет на десять моложе, была в обтягивающих джинсовых шортах и короткой матроске, не оставлявшей абсолютно никакого простора воображению. И чувствовалось что-то непристойное в контрасте между соблазнительностью молодого тела и детским, капризным и довольно-таки тупым лицом. Говорила она монотонно и без умолку: рок-звезды, секс, отвратительная работа (очистка оружия от космолайна в Индиан-Спрингсе), секс, ее бриллиантовое кольцо, секс, телевизионные программы, которых ей так не хватает, секс…
Энджи очень хотелось, чтобы она ушла куда-нибудь, чтобы занялась с кем-нибудь сексом и оставила ее в покое. Еще Энджи надеялась, что Динни исполнится хотя бы тридцать, прежде чем эту девушку определят ему в «матери».
В этот момент Динни поднял голову, улыбнулся и закричал:
– Том! Эй, Том!
По другой стороне парка, пошатываясь, шел крупный мужчина с соломенными волосами, постукивая по ноге корзинкой для ленча.
– Слушай, он же пьяный. – На лице девушки отразилось удивление.
Энджи улыбнулась:
– Нет, это Том. Он просто…
Но Динни уже бежал к нему, крича во весь голос:
– Том! Подожди, Том!
Том повернулся, его лицо расплылось в улыбке.
– Динни! Привет-привет!
Динни прыгнул на Тома. Тот бросил корзинку и подхватил мальчика. Закружил.
– Хочу полетать, Том! Хочу полетать!
Том ухватил Динни за запястья и закружил вновь, все быстрее и быстрее. Центробежная сила поднимала ребенка, пока его ноги не оказались параллельно земле. Он визжал и смеялся. Сделав несколько кругов, Том осторожно опустил его на землю.
Динни покачивался, смеялся и старался удержаться на ногах.
– Сдейай это еще раз, Том! Сдейай это еще раз!
– Нет, если я сделаю, тебя вырвет. И Тому пора домой. Родные мои, да!
– Ладно, Том. Пока!
– Я думаю, Динни любит Ллойда Хенрида и Тома Каллена больше всех, – продолжила Энджи. – Том Каллен простак, но… – Она посмотрела на девушку и замолчала. Та не отрывала от Тома превратившихся в щелочки глаз.
– Он пришел с другим мужчиной? – спросила она.
– Кто? Том? Насколько мне известно, он пришел один, недели полторы тому назад. Какое-то время провел с другими людьми, в Зоне, но его оттуда выгнали. Их потеря – наш прибыток, вот что я тебе скажу.