Сердце Грэфа просто разрывалось за нее. Джесси еще не осознавала, что было слишком поздно; на ее стороне больше никого не осталось.

— Джесси, как я могу верить хоть одному твоему слову, когда они нашли такие доказательства? — вздохнула Джун. — Я пришла сюда не для того, чтобы спорить. Просто хотела принести что-нибудь поесть, прежде чем они придут за вами сегодня.

— Сегодня? — это заняло все мысли Грэфа. Он был в ужасе от того, что их выволокут на дневной свет, и он будет казнен даже раньше, чем предполагалось.

— Ну, спасибо за заботу, — выплюнула Джесси и отвернулась, отказываясь стоять перед Джун, выглядя как обиженная кошка.

Джун подождала несколько минут, разрываясь между сочувствием и сомнением, пока наконец не стиснула зубы, и ее глаза не ожесточились. Она ушла, закрыв за собой дверь и вновь оставив Джесси с Грэфом наедине.

Повисло напряженное молчание.

— Нам полагается адвокат или…

Джесси засмеялась, резкий недоверчивый смешок.

— Думаешь, нам предоставят адвоката?

— Ладно, тогда мы сами будем представлять свои интересы, — Грэф почесал голову. — По крайней мере они не нашли тот чертов блокнот. Почему Дерек готов так далеко зайти, чтобы подставить тебя? Что он собирается делать, когда ты умрешь, а монстр все еще будет разгуливать по округе?

— Хотела бы я иметь возможность сказать им тогда: «А я вам говорила!» — ответила Джесси, устало улыбнувшись. — Может, и получится.

«А может и нет,»— печально подумал Грэф. Вероятность такого исхода абсолютно не радовала.

После нескольких часов сопротивления урчащему желудку, Джесси все-таки поела, а Грэф тихо наблюдал, сидя за обеденным столом напротив нее. Казалось таким несправедливым то, что он нашел женщину, выглядящую настолько сексуально, когда ела кукурузу, и теперь они оба должны были умереть. Каким бы сумасшедшим это ни казалось, Грэф хотел увидеть, как она ест все, что угодно. Он хотел узнать о ней больше, вне всей этой драмы. Хотел проводить с ней все свое время, и не потому, что они были заперты вдвоем.

— На что смотришь? — спросила Джесси, вопросительно вскинув бровь.

Он пожал плечами.

— Нечасто удается наблюдать за тем, как человек ест.

— Я же не животное в зоопарке. Прекрати пялиться, это жутковато, — потребовала она, бросая обгрызенный початок на стол.

— Жестко, — Грэф потянулся к ее руке как раз в тот момент, когда за дверью зазвенели ключи. Джесси распахнула глаза, встретившись с ним взглядом, и он сжал ее ладонь. — Похоже, начинается.

— Я верю в тебя, — уверенно сказала она, кивнув.

Шериф Стоук открыл дверь, скривив губы в злобной усмешке за своей бородой.

Грэф был рад, что Джесси так сильно верила в него. Потому что сам он в себя не верил.

Шериф Стоук и трое других мужчин повели Джесси и Грэфа в школьный спортзал. Отголоски возбужденных голосов слышались в конце коридора. Еще бы скрип подошв по деревянному полу, и Джесси могла бы подумать, что они направлялись на баскетбольный матч.

Идя рядом с девушкой, Грэф смотрел прямо перед собой, стиснув зубы и скривив губы. Джесси надеялась, что он только делал вид, что нервничает, а на самом деле у него был план, потому что у неё определенно не было.

Они спустились вниз по лестнице, ведущей в спортзал, прошли по узкому коридору мимо двери в мужскую раздевалку и жителей Пинанса, которые заняли все места: как для "своих", так и для "гостей", — и выстроились вдоль стены с выходом на парковку.

В противоположном конце зала были две огромные груды дров, сосновые ветки и валежник для растопки, окружающие деревянные столбы, которые были как-то закреплены в вертикальном положении.

— Какого хрена? — пробормотал Грэф.

Шериф Стоук хлопнул его по спине и выдавил из себя недружелюбную улыбку.

— Мы провели своего рода собственное исследование. Огонь срабатывает с вампирами так же хорошо, как и с ведьмами.

— Я не ведьма! — закричала Джесси. — Была бы ведьмой, неужели не прочитала бы какое-нибудь заклинание или что-то вроде того, чтобы сбежать?

Шериф, видимо, не собирался отвечать на этот вопрос. Он выпихнул девушку в центр зала, вставая на эмблему школьного талисмана на центральной площадке — Синего Дьявола Пинанса, скопированного с пачки сладких конфет-сигарет, ухмыляющегося злобным профилем. Встав рядом с Джесси, Грэф вскинул бровь, повторяя выражения лица Синего Дьявола.