— Я высоко ценю вашу поддержку, лорд Димхерст, — сказал Джеймс. Он не сводил глаз с леди Димхерст, пропуская мимо ушей все, что говорил ему ее муж.

— Какая прелестная комната! — воскликнула леди Димхерст, заглядывая в полуоткрытую дверь приемной.

— Благодарю вас, — пробормотал Джеймс. Он быстро пошел к приемной, намереваясь закрыть дверь.

Однако он опоздал.

— Можно мне осмотреть ее? — произнесла леди Димхерст мелодичным голосом и, открыв дверь, вошла в приемную.

— Милли, прекрати совать свой нос в чужие дела! — пророкотал лорд Димхерст, посмотрев на Джеймса виноватым взглядом. — Она постоянно ставит меня в неловкое положение, — сказал он и побежал за женой в приемную.

Джеймс весь напрягся, ожидая, когда леди Димхерст увидит леди Пирсон. Ему было страшно заходить в приемную. Однако он ничего не услышал, кроме восхищенных вздохов леди Димхерст, которая рассматривала изящные серебряные подсвечники, и недовольного ворчания лорда Димхерста, пытавшегося объяснить жене, что им пора уходить.

Удивленный Джеймс вошел в приемную и услышал возглас леди Димхерст:

— О-о, леди Пирсон! Какая неожиданная встреча!

Кэролайн как зачарованная наблюдала за тем, как леди Димхерст ходит по комнате, восхищаясь дорогой мебелью и изящной отделкой. Она была слишком занята осмотром приемной и поэтому не заметила Кэролайн, которая стояла прямо перед ней. Призвав на помощь всю свою смелость, Кэролайн сказала:

— Добрый вечер, леди Димхерст. Я очень рада снова встретиться с вами.

— Так вы знакомы? — спросил Джеймс, входя в приемную.

Кэролайн заставила себя улыбнуться. Она решила вести себя так, как будто бы в том, что ее застали в доме холостого мужчины, нет ничего необычного и предосудительного.

— Леди Димхерст является президентом женского благотворительного общества при церкви Святого Марка, — сказала она. Ей следовало также сказать, что кроме этого, эта дама является одной из самых влиятельных покровительниц пансиона благородных девиц, который принадлежит мисс Элмхарт. Однако сейчас, когда Фредди лишился состояния, Кэролайн решила не упоминать об этом. Если она останется без жалованья, которое получает в пансионе, то окажется в нищете.

Кэролайн залпом осушила свой бокал.

В этот момент раздался ровный и спокойный голос Джеймса.

— Кэролайн, — сказал он (возмущению и удивлению Кэролайн не было предела, когда она услышала, что он посмел назвать ее по имени), — вы знакомы с лордом Димхерстом? Милорд, это моя кузина — леди Кэролайн Пирсон.

« Кузина?» — повторила про себя Кэролайн.

— Кузина! — воскликнула леди Димхерст, обрадовавшись тому, что узнала такую потрясающую новость. — Интересно, почему вы никогда не рассказывали нам об этом, леди Пирсон?

— Потому что… — начала Кэролайн, пытаясь найти правдоподобное объяснение.

Джеймс пришел ей на помощь.

— Потому что мы думали, что все уже знают о нашем родстве, — сказал он, подходя к дамам. — Скажите, леди Димхерст, чем же вы занимаетесь в этом благотворительном обществе?

— Я президент общества, — ответила леди Димхерст. — Леди Пирсон — один из моих воинов, которые занимаются богоугодным делом. Скажите, мистер Феррингтон, насколько близким является ваше родство?

Кэролайн восхищало то, как легко мистер Феррингтон сочиняет одну небылицу за другой.

— Наши матери были родственницами, — сказал он. — Причем достаточно близкими.

Сложив губы трубочкой, леди Димхерст некоторое время молчала. Казалось, что она пытается осмыслить услышанное.

— Но я думала, что все ваши родственники, леди Пирсон, уже умерли…

— Лорд Димхерст, не хотите ли выпить шампанского? — вмешался Джеймс. Он сделал знак дворецкому, чтобы тот принес бокалы.

Лорд Димхерст стоял рядом со своей женой, засунув руки в карманы. Ему, похоже, было совершенно неинтересно слушать о том, кто кому и кем приходится. Услышав вопрос Джеймса, он явно оживился.

— Шампанского? — спросил он. — Это ужасно дорогая штука, а лягушатники не хотят ни с кем делиться своими запасами. Я был бы чертовски рад, если бы Наполеону отрубили голову и насадили ее на кол!

— Так, значит, вы согласны? — спросил Джеймс.

— Да, я с удовольствием выпью бокал шампанского. Сто лет не пил хорошего лягушачьего сока, — сказал лорд Димхерст. Бросив шляпу лакею, он тем самым дал понять жене, что собирается задержаться в доме Джеймса.

— Димхерст, — обратилась к нему жена. Она по-прежнему пристально смотрела на Кэролайн, словно боясь, что та исчезнет. — Мы не можем остаться. Мы обещали моей сестре Бернис поужинать вместе с ней.