— Привет, я — Эдам.

Эдам.

Господи!

Э-Д-А-М

Он. Тот самый.

Потрясение заставляет меня сжать руку Эдама, вероятно, несколько сильнее, чем нужно. Оно также заставляет меня остановиться. К сожалению, тренажер не понимает моего удивления и продолжает двигаться. Через секунду я лежу на спине, а Эдам оказывается на мне. Невозможно себе представить, но, видно, я все же так сильно сжала его руку, что стянула его с велосипеда и затянула на себя. Конечно, если это не было намеренным действием с его стороны.

— Ну и захват, — говорит он, совершенно не сконфуженный тем, что лежит на женщине, ему совершенно незнакомой, посреди зала, в котором полно народу. Мне слышно, как где-то на заднем плане смеется его друг Дэнни.

— Вы Эдам, — говорю я, немного смущенно, произнося его имя так, как Луис Лейн говорит свое «супермен».

— Да, — отвечает он, и в его глазах я вижу искру желания.

Когда я наконец прихожу в полное сознание, то чувствую, как во мне растет стыд. А также чувствую, как на мне растет пенис, и думаю, почему Эдаму нужно столько времени, чтобы слезть с меня.

— С вами все в порядке? — спрашивает он тоном, который я определяю как озабоченный.

— Да. Простите. А с вами?

Он поднимается с меня одним атлетическим жимом. Бросает быстрый взгляд на друга, пожимает плечами и во второй раз протягивает мне руку. Я берусь за нее и встаю на ноги.

Поднявшись, я опускаю руки, но полна решимости не упускать возможность, которая мне представляется. Значит, так, некто, отдаленно напоминающий Брэда Питта, намеревается покинуть мою лигу, но я не могу уронить себя больше, чем уже это сделала.

Мне нужен Эдам, и по возможности Эдам симпатичный. И вот он передо мной.

Как говорится в песне, вот он, мой момент.

— Так неудобно, — говорю, флиртуя без зазрения совести.

— Это я виноват, — отвечает он.

— Здорово вы полетели, — говорит Дэнни, продолжая смеяться и нажимать на педали.

Тут я вспоминаю, где видела Эдама раньше. Это он покраснел, когда подошел к косметическому прилавку купить маскирующий карандаш для своей девушки.

Для своей девушки.

Сердце у меня падает. Но после того как я напоминаю ему о девушке, он отвечает:

— С ней все кончено. Я ее бросил.

И мы продолжаем с того места, где прервались.

— А что, — говорит Эдам, — что, если нам выпить где-нибудь?

Что, если нам выпить?

Да, никаких сомнений, он сказал именно это. Я пытаюсь что-то сказать, но в голове у меня сумятица. К тому же сотня тренирующихся смотрит на нас. Джениффер Лопес загнана за звуконепроницаемое стекло. Рыжий «Фитнес» следует по залу и, проходя мимо нас, улыбается. У меня болит место, на которое я приземлилась при падении.

Наконец я справляюсь с собой:

— Выпить?

— Да, — говорит он. — У них здесь есть бар. Вообще-то обычно я так не делаю. Ну, знаете, когда покупают девушке выпивку, а потом пытаются залезть на нее…

В этой, по-видимому, привычной для него обстановке он кажется гораздо более уверенным, чем когда я видела его у косметического прилавка.

Я улыбаюсь и, осознавая, что это может быть мой последний шанс превратить Эдама из фикции в факт, выдавливаю из себя:

— С удовольствием.

Он улыбается в ответ и потирает бровь запястьем с браслетом. И пока он это делает, я отмечаю про себя, что его фигура — настоящее достижение в области человеческой анатомии. Вижу резко очерченный треугольник ее верхней части. То, как облегает футболка его грудную клетку. Подковообразную впадину между выступающими трицепсами. Он не очень крупный мужчина. По крайней мере, не слишком крупный. Но, вне всякого сомнения, сложен прекрасно.

— Отлично, — говорит он. — Пойдемте.

И вот я иду на дрожащих ногах, вот выхожу из зала тренировок сердечно-сосудистой системы. Эдам идет сбоку от меня.

— Эй, — кричит Дэнни, — куда вы?

Эдам оборачивается, пожимает плечами и кивком головы показывает на меня.

— Прости, приятель. Увидимся завтра.

— Эй… эй…

Но Эдам уже не обращает внимания на своего друга.

— Спасибо, — говорю я, пока он держит дверь открытой для меня.

— Не стоит благодарности, — говорит он с сомнительной улыбкой. — Совсем не стоит.