— Твоего собственного брата? — спросила Рисс, словно не веря.

— У моего брата редкая способность выходить сухим из воды, — сказал Гуднайт. — Во-первых, это всего лишь вариант, и во-вторых, мы можем намекнуть брату о предстоящем развитии событий.

— Интересное предложение, — сказал Бальдур. — Если мы свяжемся с Маргатроидом и пообещаем на время отойти от дел, пока ситуация не разрядится, заключит ли Маргатроид с нами честную сделку?

— Ты забыл еще о «Церберусе», — спокойно произнесла Кинг.

— Да-да, конечно, — немного сник Бальдур. — Может быть, они уже заключили с Маргатроидом сделку вроде той, о которой я только что сказал, и теперь надеются погреть руки после выборов. А если мы станем действовать так, как сейчас было предложено, то наверняка скоро получим еще одну бомбу.

— Не люблю я такие разговоры, — сказала Рисс, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно. — А что, если нам вообще отсюда убраться с моим, о черт, он может стать и нашим… камешком и поискать другую работу?

Грок хотел что-то сказать, но, посмотрев внимательно на Рисс, промолвил:

— Тебе самой не нравится эта идея.

— Не нравится, — сказала Рисс и дала выплеснуться злости: — Я не люблю бросать дело на полдороги. Особенно если в этом деле остаются незахороненными, хотя бы в моем сознании, тела, как Л. С. Доу в нашем случае.

— Это все твоя проклятая романтичность! — сказал Гуднайт.

— Да что бы ни было, — проворчала Рисс.

— Мне это в любом случае не нравится, — сказала Кинг. — Но так как я здесь работаю по найму, то присоединюсь к большинству.

— Мы остаемся, — сказала Рисс.

Грок озвучил свои размышления:

— А не будет ли труднее найти другую стоящую работу, если мы не закончим эту так, чтобы в нашу честь трубили трубы и звонили колокола?

— Может, и будет, — признал Бальдур. — Я голосую за то, чтобы остаться.

— Я голосую также.

— Черт, вы же меня просто осчастливили, — сказал Гуднайт. — Я тоже примерно за это.

— Тогда единогласно, — подытожила Рисс.

— Теперь, думаю, так, — сказал Бальдур. — Ты и Чес вернетесь на астероид, чтобы узнать, куда уходит трубка.

— Если ни у кого нет других идей… — Гуднайт сделал многозначительную паузу. — Может, надо их как-то спровоцировать, подсунуть кому-нибудь «жучок» для прослушивания и накрыть подонков.

— Согласна, — сказала Рисс. — Сейчас в первую очередь надо добраться до крейсера. И я бы очень хотела найти еще и базу.

— Жаль, что нельзя послать пулю в Map Трак. Иначе у нас не останется никакого выхода на Маргатроида.

— Нас ждут суровые деньки.

— А мне и здесь, на Мфире, есть что разузнать, — сказала Кинг.

— Между прочим, куда мы поместим камень? — спросила Рисс. — Ни одному банку в этих местах я не доверяю. И мне не очень хочется оставлять его здесь, на «Бупи-бупи-дупи», когда вокруг шастают вооруженные ракетами проходимцы.

— Мысль здравая, — сказала Кинг — Мы снимем номер в гостинице «Отдых шахтера», положим алмаз в старый космический костюм, и никто никогда до него не доберется.

— Отлично, — сказал Бальдур. — А теперь отправляемся обратно на войну.

По межзвездным каналам связи прошло сообщение, зашифрованное кодом однократного использования.

«Рекомендуем всему персоналу приступить к секретной операции без номера по специфической цели, не обнаруживая базы и с максимальной силой. Операция должна быть завершена как можно скорее. Нынешний успех — почти последняя соломинка для «Транскотина». Всем подразделениям приготовиться к завершению операции, как было запланировано».

— А теперь, если мы, бравые, честные ребята, быстренько вернемся на этот дурацкий астероид, на этот дурацкий участок, как следует там попотеем, раздолбаем эти дурацкие скалы, а потом быстренько отправимся на эту Альфу Сорок Семь, шумнем там как следует, и потом кто-то сообщит о нас Маргатроиду, и мы совершим что-то ужасно умное и героическое, и это «что-то» приведет нас на базу Маргатроида, где он сидит и завивает свои усы, — сказал Гуднайт. — Так?