Шрифт:
— Если я не ошибаюсь, вы — тот, кого я ищу здесь, — сказал гондольер.
Незнакомец, казалось, намеревался пройти мимо, но остановился и отвечал:
— Может быть, да, а может быть, и нет! Сними маску, чтобы я мог видеть, с кем имею дело.
— В таком случае, я тоже хотел бы видеть вас без маски, чтобы убедиться, что вы тот, к кому я послан.
— Я вижу, что ты осторожен. Это похвально. Но я все-таки не сниму маски и пойду дальше. Вижу, мы не столкуемся.
— Синьор, вы слишком поспешны в своих решениях. Посмотрите на это кольцо с печатью: может быть, оно вам объяснит что-нибудь.
Незнакомец взял перстень и с видом удивления и удовольствия стал рассматривать изображение, вырезанное на камне перстня.
— Это неаполитанский сокол, герб владетеля святой Агаты, — сказал он.
— Не считая тех владений и титулов, которых он добивается в Венеции, — подтвердил Джино. — Скажите мне теперь, синьор: вы действительно тот, кому я должен передать мое поручение?
— Перед тобою тот, чьи мысли заняты исключительно доном Камилло Монфорте. Но, кроме этого кольца, ты должен мне передать еще кой-что.
— Совершенно верно. Я должен передать пакет, когда узнаю, что не ошибаюсь в личности.
Незнакомец задумался на мгновение и, осмотревшись вокруг, прибавил:
— Здесь неудобно снимать маски. Подожди меня, я сейчас вернусь и проведу тебя в более надежное место.
Незнакомец быстро отошел. Он поднялся по мраморной Лестнице Гигантов [16] и приблизился к первому из отверстий, проделанных в стене дворца. Отверстия эти, известные под названием «Львиной Пасти» [17] , служили приемниками тайных доносов. Неизвестный бросил что-то в это отверстие и скрылся.
16
Лестница Гигантов — на верхней площадке ее короновались дожи.
17
Львиные Пасти были разбросаны в разных частях Венеции. (Прим. ред.)
Джино побежал было за ним, но, очутившись на многолюдной площади Пьяцетты, понял бесполезность преследования. Но желание вернуть кольцо с печатью дона Камилло поддерживало в нем надежду отыскать в этой праздной толпе похитителя. Он, тревожно переходя с места на место, несколько раз заговаривал с масками, которые казались ему подозрительными, но смех и грубые ответы убеждали его в ошибке. Он заглядывал в каждую кофейню, внимательно рассматривая посетителей, как вдруг легкий удар по плечу заставил его остановиться. Перед ним стояла женщина в костюме трактирщицы. Измененным голосом она заговорила с ним.
— Почему ты так торопишься? И что ты потерял в этой толпе? Не сердце ли? Тогда надо поторопиться отыскать его, а то на него найдется много охотников!
— И на здоровье! — отвечал обескураженный гондольер. — Скажи мне лучше, не видела ли ты здесь замаскированного… Он среднего роста, по походке его можно принять за сенатора или за священника, а может быть, и за торговца.
Джино не успел окончить своего описания, как рядом появился арлекин. Паяц ударил его по плечу своей трещоткой… Кто-то сзади нахлобучил ему шапку на нос…
Протолкавшись сквозь толпу, гондольер добрался до набережной. Здесь он свободнее мог наблюдать. Джино остановился, раздумывая: вернуться ли к герцогу или еще попытаться вернуть так глупо потерянный перстень… Он заметил, что здесь он был не один: кто-то, облокотившись на подножье статуи льва, стоял неподвижно. Несколько праздношатающихся подошли было к этому человеку, но поспешно с видимым испугом удалились от него. Джино счел нужным взглянуть поближе на человека, один вид которого, казалось, возбуждал страх и отвращение. Приблизившись, он узнал того, кого так долго искал. Первым побуждением гондольера было отойти скорее прочь, но, вспомнив о поручении и о потере, он остановился. Но Джино не заговорил и с видом смущения смотрел на браво [18] .
18
Браво — множественное число брави, так в Италии назывались смельчаки, готовые за особую плату на всякие преступления. Браво — это вообще название вора и мошенника. (Прим. ред.)
— Что тебе надо? — спросил гондольера Джакопо после нескольких минут молчания.
— Отдайте мне печать моего хозяина!
— Я тебя не знаю!
— Правда, я не имею удовольствия быть вашим другом, но ведь приходится иметь дела и не с приятелями. Пожалуйста, если вы — тот, кому неосторожный гондольер по ошибке передал перстень своего хозяина, то будьте великодушны, верните мне его, ведь для вас он не имеет никакой ценности.
— Ты со мной разговариваешь, словно с каким-нибудь ювелиром из Риальто.
— Нет, я знаю, что вы известны в высшем обществе Венеции, и доказательством этого может быть поручение моего хозяина.
— Сними маску. Честные люди не нуждаются в масках.
— Вы правы, синьор! Но если вам это безразлично, то я хотел бы воспользоваться правом карнавала, когда в Венеции почти все ходят маскированными… Я должен вам передать один пакет.
— Но я тебя не знаю. У тебя есть имя?
— Нет… По крайней мере, вам мое имя так же известно, как имя младенца, которого вам бы подкинули.